«Против России идет война»
— Что вас больше всего поддерживает в тюрьме?
— Любовь родных и близких. Письма одноклассников, учительницы и просто незнакомых людей. Русские книги и газеты, русские песни…
— А за новостями следите? Из каких источников их получаете? К Интернету ведь у вас доступа нет…— Читаю «Российскую газету», «Коммерсант. Деньги» и «Коммерсант. Власть», «Огонек». На них меня подписало российское посольство. Меня волнуют все события, которые происходят в России и мире. Я считаю, что против нашей страны идет война без объявления войны. Американские телеканалы не смотрю принципиально. Что толку смотреть CNN или NBC? У них все выпуски в одно и то же время, та же последовательность новостей, только разные лица читают новости. Даже новости BBC в Америке выходят неоригинальными — делается специальный американский вариант, будто для каких-то дебилов.
— Антироссийская истерия вас не затронула?— Нет, истерии у нас нет. Истерия только в СМИ. Я в тюрьме единственный русский, а в целом здесь интернационал. Многие американские заключенные, особенно политические, хорошо понимают суть происходящего вокруг России. Путин у очень многих людей пользуется большим уважением — его уважают больше, чем любого другого лидера. А то, что говорят по американским телеканалам, не важно — просто так работает пропагандистская машина. CNN теряет рейтинги — его уже давно никто не смотрит, кроме домов престарелых. Народ в США просыпается и начинает осознавать, что в стране происходит. Раскачивая других, США рискуют получить у себя такую бурю, что начнется внутренняя гражданская война, причем довольно быстро. Народ в Америке вооружен, противоречий много. И попытки поджечь это все очень опасны.
— У вас прямо политический клуб сформировался!— Да, здесь много местных активистов. Порой интересные обсуждения получаются. Есть с кем поговорить о происходящем. У всех своя информация, свои идеи и взгляд на происходящее. Мы читаем, обдумываем, а потом сравниваем, что получилось.
«Россия пытается помочь мне»
— Часто ли вы думаете о том, что, возможно, в тюрьме придется провести весь этот срок — 25 лет? Насколько он ужасен для вас?— Не думаю об этом… Просто верю. Это не навечно. Будущее всегда в будущем, за горизонтом. Зачем по этому поводу беспокоиться? Пусть все внимание будет приковано к тому, что есть. «Есть только миг, за него и держись, есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь…» Помните эту песню? Для меня это мой гимн…
— Считаете ли вы, что Россия вас бросила в беде и не оказала необходимой помощи?— Нет, не считаю. Мое дело — это лишь начало той длинной цепочки, которую мы сейчас ясно видим: война против нас, против русского мира, против России. Осталось немного свободных стран в мире: Россия, Китай, Иран, КНДР, Куба. Если падет Россия, то «глобалисты» («мировая закулиса», «банкстеры», «билдербергская группа») не только поработят все человечество, но и уничтожат 99 процентов, оставив себе лишь прислугу. Эта «элита» пытается нас отравить, генно модифицировать еду, создать жуткие вирусы, а главное — обмануть через СМИ… Надо это понимать, надо это изучать, готовиться и бороться с этим… При всех имеющихся проблемах, при всех кризисах, руководство страны пытается помочь мне. Думаете, будет правильно, если Россия начнет воровать американцев, которые, как и я, не виноваты ни в чем, и стряпать им дела, чтобы потом обменять их на Ярошенко, Селезнева и Бута? Нет. Мы не должны уподобляться этой нечисти и действовать как они.
— Что бы вы при встрече сказали Владимиру Путину?— Большое спасибо за все, что делается. И спросил бы, чем я могу помочь ему и России. Только это.
— Если экстрадиция в Россию все-таки случится, не страшат ли вас российские тюрьмы и колонии?— Вопрос из разряда «если». Вероятность близка к нулю, а в российскую тюрьму нужно еще суметь попасть.
— Чувствуете ли вы поддержку россиян и какого участия в своей судьбе хотели бы от простых людей?— Да, чувствую. Низкий поклон всем, кому я небезразличен и кто помогает чем может.»
Смотреть на 
