|
Украинская мобилизация приобретает всё более кровавый оборот
RS: на Украине усиливается протест против насильственной мобилизации
СМИ Запада захлебываются в эйфории и ожидании того, что военный прорыв Киева вот-вот произойдет, а население Украины готово сражаться бессрочно. Но это не вяжется с назревшими трудностями с пополнением рядов ВСУ, пишет RS. И самый очевидный признак — ожесточенное сопротивление призыву.
Бранко Марчетич (Branko Marcetic)
Responsible Statecraft, США
13 мая 2026
Если сторонние наблюдатели продолжают уверять, что Украина еще может одержать победу на поле боя, то молодежь страны яростно сопротивляется военным комиссарам, чтобы не попасть в окоп.
Конфликт на Украине характеризуется периодическими вспышками уверенности в том, что Россия оказалась в тупике, а то и вовсе близка к неминуемому краху, а Украина, наоборот, находится в считанных сантиметрах от победы. Похоже, сейчас мы переживаем один из таких моментов эйфории. Президент Финляндии Александр Стубб недавно заявил, что Украина находится “на высоте” и “в гораздо лучшем положении, чем на любом из прежних этапов этого ужасного конфликта”. По его словам, Россия не в состоянии набрать достаточно солдат, чтобы восполнить потери. Как выразился один бывший посол США, у украинцев “крепнет уверенность в себе” из-за территории, которую они якобы отвоевали. Другой вторит ему, что вера в грядущие военные успехи “за минувший год поразительно окрепла”. Целая вереница репортажей утверждает, что президент Владимир Путин зажат в угол, а стены вокруг него смыкаются. Иными словами, военный прорыв Киева практически неизбежен, а население Украины готово сражаться бессрочно. Но это не вяжется с назревшими трудностями с пополнением рядов ВСУ. И самый очевидный признак — ожесточенное сопротивление призыву.
Уже много лет в интернете гуляют ролики, как простых украинцев “мобилизуют” на воинскую службу против их воли. Если без обиняков, то люди в масках хватают их на улицах или выволакивают из дома, затаскивают в микроавтобус и увозят. Это неотъемлемая часть нашумевшей мобилизационной кампании, отмеченной целой вереницей скандалов из-за взяточничества, повальных обвинений в немотивированной жестокости и отправки на фронт умственно неполноценных и бесспорных инвалидов. Неудивительно, что принудительная мобилизация вызывает резкое отторжение. Петиция с призывом к прекращению облав в общественных местах стремительно преодолела порог в 25 тысяч подписей, необходимый для ответа президента. Военные комиссары столкнулись с решительным отпором на местах. В прошлом году уполномоченный по правам человека на Украине Дмитрий Лубинец во всеуслышание назвал систему “принудительной” и сообщил, что количество жалоб на сотрудников территориальных центров комплектования (ТЦК) с начала войны выросло на ошеломляющие 33 000% — с 18 в 2022 году до более 6 тысяч в 2025 году. Боевые действия затягиваются, и гражданское неповиновение становится все более ожесточенным. 2025 год ознаменовался волной убийств военных комиссаров. В конце января вооруженный мужчина явился в центр подготовки личного состава и застрелил сотрудника ТЦК, мобилизовавшего его знакомого. В декабре военный комиссар получил смертельный удар ножом в пах от мужчины, у которого спросил документы. Прежде чем скрыться, тот успел ранить еще троих.
Как признаёт в репортаже о поножовщине издание The Kyiv Independent, которое никак не заподозрить в антивоенных настроениях, видеозаписи принудительного призыва поначалу многие отвергали как происки российской дезинформации, но позднее они все же получили широкое распространение из-за кадрового голода в рядах ВСУ и резкого сокращения числа добровольцев. В декабре группа людей избила сотрудников ТЦК при проверке документов, в результате чего один из них получил перелом ребра. В этом году насилие лишь усугубилось. В конце января этого года мужчина убил военного комиссара и сбежал с одним из солдат-срочников, которых тот сопровождал. В феврале было совершено минимум два не связанных друг с другом нападения на сотрудников ТЦК в Харьковской и Львовской областях, причем полиция подозревает злоумышленников в попытке организовать бегство призывника. Месяц спустя группа людей на автомобиле выдавила с дороги на обочину микроавтобус ТЦК, ворвалась внутрь и освободила одного из призывников.
Только за первую неделю апреля произошло три случая поножовщины за четыре дня. Военного комиссара ранил в шею сотрудник таможни, чьего брата он и его коллеги якобы пытались насильно мобилизовать. Несколько дней спустя группа подростков напала на сотрудников ТЦК, чтобы отбить человека, которого они пытались “упаковать” в микроавтобус, а закончился месяц тем, что 48-летний солдат ушел в самоволку и открыл огонь из автомата по автомобилю с сотрудниками ТЦК и полиции, в результате чего двое из них попали в больницу. Всего несколько дней назад предполагаемый уклонист отправил в больницу еще двух военных комиссаров в тяжелом состоянии, нанеся им ножевые ранения при проверке документов.
Согласно правительственным данным, эти инциденты — лишь капля в море. Всего с начала конфликта на сотрудников ТЦК было совершено свыше 600 нападений, причем их число практически утроилось с 2024 по 2025 год, когда был зарегистрирован 341 случай. Только за первые четыре месяца 2026 года было совершено минимум 117 нападений — более чем в 20 раз больше чем за весь первый год конфликта.
Как же это вяжется с опросами общественного мнения, по которым украинцы по-прежнему готовы воевать бесконечно — вплоть до окончательной победы?
“Эти опросы проводятся исключительно на территории, подконтрольной украинскому правительству, — объясняет научный сотрудник Института восточноевропейских исследований Свободного университета Берлина Владимир Ищенко. — То есть они не опрашивают украинцев в Крыму, в Донбассе, на подконтрольных Москве территориях, в ЕС или украинцев, уехавших в качестве беженцев в Россию, а их миллионы”. “Таким образом, до трети от общего числа украинских граждан в эти опросы не попадает”, — добавил Ищенко.
Молчаливое нежелание воевать подтверждает и другая статистика. В этом году министр обороны Украины сообщил, что в стране насчитывается 2 миллиона уклонистов и 200 тысяч дезертиров. Если в первые месяцы конфликта войска комплектовались в основном добровольцами, то сейчас 70% новобранцев составляют мобилизованные. Бежавшие в Европу в самом начале боевых действий украинцы сопротивляются попыткам украинского правительства вернуть их обратно по запросу. Состоятельные украинцы могут дать взятку, чтобы “отмазаться”, и командующий Национальной гвардией Украины открыто призвал тех, у кого “туго с деньгами”, идти служить. В сводных данных о потерях Украины в графе “погибшие” непропорционально представлены жители маленьких городов, где уровень бедности, как правило, выше.
Между тем на карту поставлено нечто большее, чем победа или поражение Украины. Затягивание конфликта обострило глубокий экономический и демографический кризис, который угрожает будущему и стабильности Украины и нормальной работе государства. На прошлой неделе глава миграционной службы подсчитал, что 70% уехавших могут не вернуться в страну, что чревато нехваткой рабочей силы в ключевых отраслях. Украинское государство держится на плаву сугубо благодаря крупным кредитам из Европы и уже задолжало семьям погибших солдат на фоне огромных потерь — взяв на себя непосильное бремя на многие миллиарды евро.
Основная часть этих фактов западной общественности неведома. В англоязычной прессе насильственная мобилизация затмевается тенденциозными репортажами о том, что Россия зашаталась и вот-вот рухнет. Часть украиноязычных сюжетов о трудностях мобилизации и демографическом кризисе просто не переводятся на английский. И поэтому самые горячие сторонники Украины невольно одобряют политику, которая ведет к ее постепенному разрушению.
Бранко Марчетич — штатный сотрудник журнала Jacobin и автор книги “Вчерашний человек: аргументы против Джо Байдена”. Также публиковался в The Washington Post, The Guardian, In These Times и других изданиях
|
