Про Украину

Во-первых, на деле никакой коалиции большинства в Верховной Раде на данный момент нет. Когда утверждали Дениса Шмыгаля в 2020 году, у партии «Слуга народа» это большинство имелось (262 депутата из 450 списочного состава) и партия приравнивалась к коалиции. Теперь большинства де-факто нет: кого исключили, кто сам сбежал, а кто вообще в СИЗО сидит и комментирует, как депутат Дубинский. И хотя на 15 июля во фракции «Слуга народа» числится 231 депутат, многие из них не могут проголосовать чисто технически – сидят, прячутся за границей и просто не принимают участия в работе парламента по разным причинам. Так что необходимых 226 депутатов для подачи кандидатуры премьера нет. Пришлось занимать голоса у других фракций и групп, в большинстве не состоящих (так и набрали 261 голос за отставку Шмыгаля). А это тоже будет нарушением закона.

Во-вторых, сама Верховная рада также с душком. Её должны были переизбрать ещё в июле-августе прошлого года. Но у просроченного парламента хотя бы есть оправдание в виде пункта закона, гласящего, что в условиях военного положения парламентские выборы не проводятся. Однако эта подробность отнюдь не добавляет легитимности пересидевшему все сроки собранию. О том, что депутаты правомочны после истечения срока полномочий, закон не говорит.

И, в-третьих, статья 10 украинского закона «О правовом режиме военного положения» прямо и недвусмысленно запрещает прекращение полномочий органов государственной власти в этот период. В таком случае можно менять только отдельные персоны, а не правительство в целом, и если премьер подаст в отставку, то вместо него может быть только и. о. А это значит, что и отставка действующего правительства, и утверждение нового незаконны. И были бы незаконными, даже если бы у страны имелись в наличии легитимные президент и депутаты.

Таким образом, любое новое правительство Украины окажется нелегитимным: незаконно предложенное самозванцами и утверждённое пересидевшими. И его представители, подобно Зеленскому и депутатам, точно так же неправомочны принимать решения и вести переговоры. Разве что эти переговоры и решения будут о капитуляции.

И никакие выборы в данный момент на территории Украины провести невозможно чисто технически — ни президентские, ни парламентские. Ведь никому толком не известно ни количество населения, находящееся на контролируемой режимом Зеленского территории, ни число тех, кто сумел выбраться оттуда разными путями и больше не считает себя гражданином Украины.

А среди тех, кто и проголосовал бы, многие просто не смогут явиться на участки или заказать урну на дом, потому что вместе с членами комиссий обязательно окажутся людоловы из ТЦК и представители спецслужб, встреча с которыми чревата отправкой в войска или посадкой за решётку.

Можно только порассуждать о том, кто на них мог бы победить, если бы всё проходило по закону, но это тема чисто умозрительная, ведь добросовестная работа социологов в условиях военного положения и террора также невозможна. Тем более если такого рода опросы под прикрытием известных социологических фирм зачастую проводит Служба безопасности Украины (СБУ, пока не признанная террористической на территории РФ). И даже тут надеяться на объективность не приходится.

А есть ли на территории Украины вообще хоть какая-то легитимная власть? Законного президента нет, Рада просрочена тоже, при формировании нового правительства и министры во главе с премьером становятся абсолютными самозванцами. Разве что местные депутаты и мэры пока с не истёкшим сроком полномочий. Но это не только не везде, но и ненадолго. В октябре и их пора переизбирать.

Исполнительный директор Ассоциации городов Украины Александр Слобожан в начале июня заявил, что на Украине сейчас 297 территориальных общин не имеют законно избранных мэров. Они были отстранены по суду, вынуждены подать в отставку под давлением центральной власти или смещены по политическим мотивам. Также он обратил внимание на двоевластие и конфликты мэров и военных администраций в Киеве, Чернигове и Сумах.

Однако он не объяснил, сколько из этих 297 общин больше не принадлежит Украине и сколько есть мэров-призраков без горсоветов – Мариуполя, Лисичанска и других ныне российских городов. Так что и в этом случае математические методы не точны и применимы очень ограниченно.

Но с местными властями не ведут никаких иных переговоров, кроме как о сдаче руководимых ими населённых пунктов победителю в наилучшем виде и организации новой жизни – без мовы, без Бандеры и без СБУ.

Таким образом, ситуация со сменой украинского правительства – пример полнейшего беззакония. И сама процедура, и лица, в ней задействованные, не имеют никаких прав и полномочий этим заниматься. Казалось бы, всё так понятно и однозначно, чтобы все страны мира отказали украинским властям в признании. Но, увы, пока этого не произошло.