Часть 3
Полуграмотный корифейНа волне национально-патриотического опьянения начала 90-х зазвучали требования
привести правописание в соответствие с нормами украинской диаспоры. Это делалось под предлогом создания единого для украинцев всего мира языка. Идя навстречу «широким кругам международного украинства», правительство 8 июня 1994 г. создало национальную правописную комиссию (
«комиссии Жулинского»). Основные ее «достижения» — реанимация норм правописания 1928г., которое было ориентировано не на надднепрянский литературный язык, а на
«Руську правопись зі словарцем», созданную филологической комиссией лембергских профессоров НТШ (Научного общества им. Шевченко) в 1904 г. Нормы лембергских профессоров
русскоязычный ученик Тифлисской гимназии Михаил Грушевский позже попытался распространить на всю Украину. За двадцать лет пребывания (и преподавания) во Львове
Грушевский так и не смог полностью осилить украинский.В журнале «Киев» (№9—12 за 1988 г. и №8—11 за 1989 г.) опубликованы «Спомини» Грушевского, свидетельствующие, во-первых, что их писал не очень грамотный профессор:
«...ціни дорожіли, він вішов, в кожнім разі, київлянський демократизм, наладжена преса». Во-вторых, что ученый, всю жизнь занимавшийся украинской историей, думал по-русски, а затем переводил мысли на украинский. Когда же не мог найти нужные слова, то писал их, закавычивая, по-русски. «Поучительно», «поламавшися», «возліяння». Калечил язык, полагая, что пишет по-украински:
«...наблюдєніє, сплетні, паче чаянія, невозбранно, неустанно, противукраїнське злопихательство, не склонно було, українське самоотвеженіе, клеветники українства...» Ему была присуща полная филологическая раскованность:
«...укінчена філологічка, літературний восприїмник, упоєння, дневного порядку, одушевлення, преуспівший, сфера ділання». Таких примеров десятки. Читатель теряется, когда сталкивается с одновременным применением русских и украинских понятий: «...ледво чи можна поставити певні крітерії, яким повинна відповідати певна мова для того, аби бути признаною язиком. Тому й українську мову одні уважають язиком, інші нарічєм» (Грушевський М. Історія України-Руси, т. I, с. 5. — К., 1991).
Не потому ли так медленно утверждается в стране украинский язык, что нас пытаются заставить полюбить не «мову», а «нарічє», на котором разговаривали не очень грамотные профессоры?
http://www.2000.ua/v-nomere/as ... t.htm(Продолжение следует)