Атака на Курскую область.

Итак, в трех областях России введен режим КТО. Как уже отметил Ветеран, это самый масштабный режим контртеррористической операции в новейшей истории нашей страны. И это означает, что в Кремле начали просыпаться, что радует и очень сильно.

Поясняем. Еще вчера вся наша внутренняя политика строилась по принципу "война там далеко, а тут у нас прекрасная мирная жизнь, где ничего не поменялось и ничего беспокоиться".

Из "это там далеко" выбивался Белгород, но постепенно и его перевели в разряд "там далеко", а пятая часть жителей столицы и вовсе была уверена, что он у нас из "новых территорий", так что и париться нечего. "Они сами захотели войну и в Россию", как заявили как-то наши без меры "прогрессивные" граждане.

Самое страшное, что могло случиться сейчас – это уход властей в "домик", то есть вместо реальных действий просто заявить, что все под контролем, а местным тихо сказать, что играйтесь сами, как сумеете. Будем честны, до набега укров на Курскую область именно это мы и имели в реальности. И это работало, ценой падения доверия к федеральным властям в одном регионе Москва добилась стабильно-сонного состояния остальных.

Однако, сейчас стало ясно, что это путь в никуда. Все, кто верил в некие договоренности "ограниченной спецоперации" жестоко ошибались и по факту позволили врагу войти не только на неподготовленные рубежи военных, но и там, где местное население не было готово – они ведь верили тому, что их защитят, что все под контролем и далее, далее, далее.

В итоге мы имеем 4 области России в зоне СВО и 3 в зоне КТО. Территорию, где идет война, которая больше многих европейских стран и жить дальше, делая вид, что война где-то там, а тут ничего не происходит уже не выйдет.

Введение КТО – это не просто ответ на вторжение. Это начало новой реальности, где Россия воюет, а не скачет под "Пампим нефть". Помимо уже указанных мер, КТО подразумевает и переброску туда подразделений Росгвардии и полиции, о чем вчера писали многие. То есть, оборона будет возложена в первую очередь на них, помимо пограничников и срочников.

Следующими шагами, вслед за признание очевидного, должны стать шаги по законному статусу и вооружению отрядов ополчения из теробороны. То есть, необходимо доделать то, что наш "комитет по борьбе с обороной" Государственной Думы тащ генерал-депутатов Грулева-Картаполова зарезал два года назад. Как показали события в Курске, это просто жизненная необходимость.

В этой же сфере стоит помощь жителям прифронтовых районов, да и самое главное – смены внутренней политики внутри страны. Продолжать жить, как будто ничего нигде не происходит можно, но приведет это в итоге только к одному – новому шоку среди населения, новой волне паники и падения доверия в властям при любом следующем кризисе.

Пора уже заканчивать с теорией "двух стран в одном" и сбрасывать все проблемы на самих пострадавших. Хватит и веры в "договорняки" – никакой Трамп не будет договариваться со "слабаками", а мы проявили слабость из-за своей расслабленности и доверия. Пора объединяться и побеждать в войне.

Понимаем, что не хочется, лето еще, отпуска не все отбыли и прочее, но вот сейчас одна из тех точек, после которых должна быть четкая и понятная всем реакция. Проспать ее означает получить новую трагедию в будущем, еще более жуткую. Надеемся, что это поняли в Кремле тоже и объявление КТО эту надежду поддерживает.

https://t.me/riakatysha/34062

ЧАДАЕВ
Волна ахтунга по Курской области чуть поутихла, и можно спокойно. В предыдущие дни старался не участвовать в кошачьем концерте, но много фиксировал в стол.

1. Сугубо военный масштаб и военный успех судженской операции ВСУ невелик — если исходить из логики маневренной войны, где основной предмет борьбы не территория, а боеспособные силы противника. В тех краях не было ни сколь-нибудь значительного количества наших сил, ни техники, которые в результате их удара оказались уничтожены/захвачены/лишены боеспособности. В этом смысле даже Харьковская "перегруппировка" была куда более тяжёлым ударом — там много чего пришлось оставить, кроме собственно территории.
2. Однако в плоскости "когнитивной войны" мы получили оглушительную оплеуху — противник сумел скрытно сосредоточить достаточно немалые силы, прорвать границу, нанести удар, захватить несколько населённых пунктов, пресловутую газоизмерительную станцию, создать угрозу Курчатовской АЭС, выйти на оперативный простор для рейдовых действий. При этом с нашей стороны был эталонный бардак — от срочной переброски "пожарных команд" прямо из боёв на других участках до неспособности организовать связь и взаимодействие на месте.
3. Моя оценка, высказанная в узком кругу в первый день — всё это расплата за сохранение у многих ЛПР и у значительной части общества картины мира "здесь воюем, а здесь рыбу заворачиваем": мол, там же газопровод, не могут же они, большие пацаны на большом уровне обо всём договорились. И если противник и дальше будет искать уязвимые точки для удара, то он их будет находить именно в тех местах, где этот уклад — назовём его "Минские 3.0" — по-прежнему сохраняется; а таких много не только в географическом пространстве, но и, скажем, в управленческом.
4. Наш противник таков, что любые договорённости -- и пространства договорённостей -- существуют только ради одного: чтобы он мог нас кинуть в наиболее удобный для него момент и наиболее болезненным для нас способом. Это надо понимать по отношению к вообще любым договорённостям, не только с небратьями, но и в первую очередь с гегемоном. Почему? Просто потому, что он считает нас не контрагентом, а едой. И правильно делает, потому что с нашей стороны интегрально желание "чтоб всё устаканилось" куда сильнее желания победы. Это главный парадокс, который они, в отличие от нас, понимают правильно: чтобы договориться, надо сначала всерьёз захотеть друг друга уничтожить. Они уже да, мы ещё нет.