AI на чужой розетке? Чем Армения будет питать технологический рывок
Инвестиционный успех способен превратиться в энергетическую проблему
Армения все увереннее говорит о новой технологической эпохе. Искусственный интеллект, высокопроизводительные вычисления, дата-центры, тысячи современных графических процессоров и инвестиции в новую цифровую инфраструктуру должны превратить страну в один из заметных технологических центров региона. На первый взгляд, перед Арменией действительно открывается редкая возможность. В отличие от многих традиционных отраслей, где небольшому государству сложно конкурировать объёмами производства, искусственный интеллект позволяет бороться за место на глобальном рынке за счет человеческого капитала, технологий и сравнительно компактной инфраструктуры. Однако у искусственного интеллекта есть одна особенность, о которой значительно меньше говорят в политических заявлениях. Искусственный интеллект начинается не с алгоритма. Он начинается с электричества. И чем масштабнее становятся армянские планы в области AI, тем актуальнее вопрос: способна ли энергетическая система страны обеспечить технологические амбиции государства – или новый цифровой сектор постепенно создаст новую зависимость от импортной электроэнергии?
AI приходит в Армению – вместе с мегаваттами
Одним из символов нового технологического курса должен стать проект Firebird AI. Уже на первом этапе речь идет о размещении более 6000 графических процессоров и инфраструктуре приблизительной мощностью около 18 МВт. Однако гораздо важнее первоначального показателя планы дальнейшего масштабирования. Если заявленная инфраструктура будет расширяться, потребности могут измеряться уже не десятками, а сотнями мегаватт. Для обычного пользователя слова «6000 GPU» звучат прежде всего как показатель вычислительной мощности. Для энергетика те же самые цифры означают совершенно другое: новых крупных потребителей, которые должны получать огромное количество электроэнергии непрерывно. И здесь принципиально важно понимать отличие дата-центра от многих традиционных предприятий. Дата-центр нельзя обеспечить электричеством, «когда оно есть». Серверы работают круглосуточно. Помимо самих вычислительных систем, электричество необходимо для охлаждения, сетевого оборудования, хранения данных и всей сопутствующей инфраструктуры. Поэтому вопрос заключается не только в том, сколько киловатт-часов Армения способна произвести за год. Нужна надежная мощность 24 часа в сутки, семь дней в неделю. Именно поэтому мировой бум искусственного интеллекта постепенно превращается одновременно в энергетический бум.
Главный ресурс AI – уже не только чипы
Еще несколько лет назад глобальная гонка искусственного интеллекта воспринималась прежде всего как борьба за специалистов, алгоритмы и самые современные полупроводники. Сегодня к ним добавился еще один стратегический ресурс — электроэнергия. Крупнейшие технологические компании мира ищут возможность обеспечить дата-центры огромными объемами стабильной генерации. Возвращается интерес к атомной энергетике. Обсуждаются малые модульные реакторы, долгосрочные энергетические контракты и строительство генерации непосредственно под потребности вычислительной инфраструктуры. Причина проста: вычисления становятся все более энергоёмкими. По мере распространения генеративного AI увеличивается не только количество дата-центров, но и плотность энергопотребления внутри них. Современные AI-ускорители требуют значительно больше энергии, чем традиционная серверная инфраструктура. В результате место для нового крупного дата-центра начинают выбирать не только по качеству интернета, налогам или наличию специалистов. Сначала задается вопрос: где взять необходимую мощность? Именно с этой точки зрения необходимо оценивать планы Армении.
Энергетический избыток заканчивается
Проблема заключается в том, что технологические амбиции Армении появляются именно в тот момент, когда власти сами начинают говорить об изменении ситуации в энергетике. Премьер-министр Никол Пашинян уже признавал, что прежнего избытка электроэнергии фактически больше нет и в перспективе внутреннее потребление будет расти. Одним из факторов такого роста как раз может стать искусственный интеллект. Получается довольно необычная ситуация. С одной стороны, государство приветствует создание новых вычислительных мощностей и рассчитывает привлечь в страну крупные технологические инвестиции. С другой – параллельно возникает необходимость искать дополнительные источники электричества. И здесь появляется политически значительно более чувствительная тема – импорт. Власти не исключают возможности развития торговли электроэнергией с соседними государствами. Среди потенциальных направлений фигурирует в том числе Азербайджан. С экономической точки зрения сама торговля электроэнергией не является чем-то необычным. Современные энергосистемы многих стран соединены между собой, государства одновременно импортируют и экспортируют электричество в зависимости от времени суток, сезона, стоимости и нагрузки. Проблема возникает тогда, когда импорт перестает быть элементом диверсифицированной системы и превращается в необходимость.
От энергетической торговли к энергетической зависимости – один шаг
Предположим, что армянская AI-инфраструктура действительно начинает быстро расти. Появляется один крупный вычислительный центр, затем второй, инвесторы увеличивают количество GPU, возникают дополнительные облачные мощности, параллельно растет обычное потребление экономики. В определенный момент системе потребуется значительно больше гарантированной мощности. Если к этому времени собственная генерация не увеличилась, вариантов остается немного: ограничивать подключение новых потребителей либо компенсировать дефицит импортом. И тогда возникает парадокс. Армения пытается создать одну из наиболее технологичных отраслей экономики XXI века, но ее развитие начинает увеличивать зависимость от внешних источников энергии. Сам по себе импорт электричества не является угрозой. Уязвимость появляется, если страна не способна без него обеспечивать критически важную цифровую инфраструктуру. Потому что дата-центры – это уже не просто коммерческие здания с компьютерами. По мере цифровизации экономики они становятся частью стратегической инфраструктуры государства.
Азербайджанский фактор
Именно поэтому отдельного внимания заслуживает потенциальная торговля электроэнергией с Азербайджаном. После изменения региональной ситуации восстановление экономических связей между Арменией и Азербайджаном в принципе может стать естественным элементом мирного процесса. Электроэнергия вполне способна быть одним из товаров такой торговли. Но существует большая разница между формулами «Армения может покупать дешевую электроэнергию у Азербайджана, когда это выгодно» и «Армении необходимо покупать электроэнергию у Азербайджана, потому что собственной генерации недостаточно». Первая означает рынок. Вторая – зависимость. Особенно чувствительно эта дискуссия выглядит на фоне заявлений президента Азербайджана Ильхама Алиева относительно Мецаморской атомной электростанции. Азербайджанская сторона неоднократно поднимает вопрос безопасности АЭС и выступает за ее закрытие. И здесь возникает весьма неудобное сочетание обстоятельств. С одной стороны, соседнее государство выступает с критикой важнейшего объекта армянской базовой генерации. С другой – это же государство потенциально может стать поставщиком электроэнергии для Армении. А одновременно сама Армения собирается значительно увеличивать энергопотребление за счет AI-инфраструктуры. Даже если между этими процессами нет прямой связи, с точки зрения долгосрочной государственной стратегии такая комбинация должна как минимум заставлять задуматься.
Мецамор становится вопросом не прошлого, а будущего
В дискуссиях вокруг Армянской АЭС часто доминирует вопрос возраста станции. Однако революция искусственного интеллекта заставляет посмотреть на атомную энергетику совершенно иначе. Армении необходимо думать не только о том, когда закончится эксплуатация действующего энергоблока, но и о том, чем страна заменит его мощности. Если государство одновременно рассчитывает электрифицировать транспорт, развивать промышленность, увеличивать внутреннее потребление и становиться региональным центром AI, потребность в стабильной генерации будет не сокращаться, а увеличиваться. Солнечная энергетика способна сыграть огромную роль. Армения обладает благоприятными условиями для ее развития, и за последние годы солнечная генерация действительно быстро расширялась. Но у солнца существует очевидная особенность: ночью его нет. Дата-центр при этом ночью не выключается. Следовательно, рост возобновляемой энергетики необходимо сочетать с базовой и регулирующей генерацией, накопителями энергии, модернизацией сетей и дополнительными резервными мощностями. Именно поэтому вопрос нового атомного энергоблока или малых модульных реакторов постепенно превращается из узкоспециализированной энергетической темы в часть технологической стратегии Армении.
Где энергетическая программа под AI?
Здесь и возникает главный вопрос к государственной политике. Если Армения действительно рассчитывает стать серьезным игроком в области искусственного интеллекта, технологическую программу невозможно рассматривать отдельно от энергетической. Нельзя сначала объявить о создании сотен мегаватт вычислительных мощностей, а затем начать выяснять, откуда взять сотни мегаватт электрических мощностей. Эти процессы должны планироваться одновременно. Каждый крупный проект дата-центра должен сопровождаться ответом как минимум на несколько вопросов: откуда поступает энергия, какая часть обеспечивается собственной генерацией, какие существуют резервные мощности, насколько сеть готова к новой нагрузке и что произойдет при прекращении импорта. В противном случае инвестиционный успех способен неожиданно превратиться в энергетическую проблему.
Армения может получить уникальное преимущество
При этом ситуация вовсе не означает, что стране следует отказаться от AI-проектов. Наоборот. Если правильно соединить технологическую и энергетическую политику, сегодняшний вызов способен стать серьезным преимуществом. Армения может развивать солнечную генерацию, системы накопления энергии, модернизировать тепловые мощности, ускорять строительство линий электропередачи, развивать энергетический обмен с Грузией и Ираном и одновременно принять окончательное стратегическое решение относительно будущего атомной энергетики. Импорт при этом тоже может существовать – из Ирана, из Грузии, в перспективе из Азербайджана. Но импорт должен страховать систему и создавать конкуренцию на рынке, а не заменять собственную генерацию. Это принципиальная разница. Энергетическая безопасность не означает необходимость производить абсолютно каждый киловатт внутри страны. Она означает способность государства продолжать нормальную работу даже в случае исчезновения одного из внешних источников.
Искусственный интеллект требует вполне реальной электростанции
В ближайшие годы государства будут соревноваться не только за программистов и инвестиции. Они будут соревноваться за мегаватты. Победителями AI-гонки могут оказаться не только страны, обладающие лучшими университетами или наиболее привлекательным налоговым режимом, но и те, которые способны предложить технологическим компаниям дешевую, стабильную и долгосрочно прогнозируемую электроэнергию. Поэтому сегодняшние армянские проекты в сфере искусственного интеллекта следует воспринимать как сигнал всей энергетической системе страны. Если речь действительно идет о сотнях мегаватт будущей вычислительной инфраструктуры, Армении необходимы сотни мегаватт новой или гарантированной энергетической мощности. И желательно, чтобы значительная часть этой мощности находилась внутри самой Армении. Тогда Firebird AI и последующие проекты, действительно, смогут стать основой новой экономики. В противном случае возникает риск весьма странной модели: страна будет гордиться тысячами новейших графических процессоров, но одновременно выяснять у соседей, хватит ли электричества, чтобы их включить. Технологическая независимость без энергетической устойчивости существует только на презентациях.
Потому что каким бы «искусственным» ни был интеллект, электричество для него требуется совершенно настоящее. И поэтому главный вопрос армянского AI-рывка сегодня звучит уже не только «сколько GPU мы привезем?». Он звучит значительно проще: к какой розетке мы собираемся их подключать?
Но следующий вопрос а сколько этот 1% оборота России, составляет в отношении Армении. 
