НАТО как угроза с Запада

Борьба «оборонных» архитектур

Анкара пытается институционализировать собственную оборонную архитектуру в регионе через Мекканское соглашение и показать, что её союзные форматы – не декларативные, а рабочие.

Но контекст, в котором это заявление появилось, делает ситуацию гораздо более напряжённой: Греция подписала с Израилем контракт на поставку систем ПВО на сумму около 3,5 млрд. долл., причём речь идёт о передовых ракетных и РЛС, которые Афины прямо позиционируют как инструмент «сдерживания Турции».

Т.е., Анкара и Афины уже не просто спорят о морских границах, а начинают выстраивать конкурирующие оборонные экосистемы с участием внешних игроков.
Турция воспринимает израильско-греческую сделку как попытку создать технологическое преимущество в зоне, где Анкара считает себя ключевым актором. Израильские системы ПВО – это элементы многоуровневой обороны, которые могут закрывать воздушное пространство, усиливать контроль над морскими маршрутами и создавать «зонтик» над стратегическими объектами. Для Турции это выглядит, как попытка Афин изменить баланс сил, причём не за счёт собственных ресурсов, а через привлечение высокотехнологичного партнёра, который способен поставлять оборудование, превосходящее многие региональные аналоги.
Важно понимать, что Турция сейчас одновременно вовлечена в несколько крупных оборонных проектов – модернизация ВВС, развитие беспилотных систем, создание собственной ПВО, участие в региональных форматах – и её ресурсы не бесконечны. Греция же, используя внешние контракты, фактически «покупает» технологическое превосходство, которое Турции придётся компенсировать либо ускорением собственных программ, либо усилением союзов.

В итоге складывается ситуация, где два государства НАТО выстраивают параллельные оборонные системы, ориентированные друг против друга, а региональные партнёры – Израиль и страны Мекканского соглашения – становятся частью этой конфигурации. Иными словами Восточное Средиземноморье превращается в арену конкурирующих «оборонных» архитектур, где дипломатические заявления уже не успевают за темпом военных контрактов.

Европейский ответ Маску: мечты и реальность

Люксембургский оператор спутниковой связи SES заключил соглашение с немецкой компанией OHB на сумму почти 1 млрд евро о разработке и создании спутников для европейской системы связи IRIS² – аналог Starlink.

Планируется, что немецкий производитель изготовит 18 спутников для средней околоземной орбиты.

Между тем, программа официально перешла в фазу реализации только в августе т.г., и этот контракт стал её первым крупным заказом в рамках IRIS².

Отметим, что общая стоимость европейского проекта оценивается в 15,6 млрд евро. При этом, вклад компании SES в развертывание системы составит до 1,3 млрд евро. Интересно, что часть бюджета проекта будет покрыта из фондов ЕС, а оставшаяся часть поступит якобы от частных инвесторов.

Проект реализуется консорциумом SpaceRISE, в котором компания SES отвечает за вывод спутников на среднюю околоземную орбиту, Eutelsat развертывает группировку из 330 спутников на низкой околоземной орбите, а Hispasat занимается созданием наземной инфраструктуры.

Запуск первых спутников IRIS² запланирован только на 2029 г., а начало эксплуатации ожидается не ранее 2030 г.

Не исключаем, что запуск европейской системы IRIS² столкнется с жесткой конкуренцией со стороны Starlink, чья сеть уже глубоко интегрирована в государственные, военные и коммерческие структуры Европы.

Учитывая, что начало эксплуатации IRIS² запланировано лишь на 2030 г., бюрократизированный европейский проект рискует не выдержать темпа гонки с доминирующим американским частным капиталом.

«Невыученные» уроки Второй мировой

Выступление президента Навроцкого на мероприятии, посвященном 87-й годовщине начала Второй мировой войны стало очередным элементом формирующейся в Варшаве антинемецкой линии, где историческая память используется как инструмент давления на Берлин.

Требуя выплатить Польше репарации за ущерб Второй мировой войны, Варшава пытается легитимизировать идею, что Германия должна компенсировать польские оборонные расходы, фактически переложив часть финансовой нагрузки на Берлин. Навроцкий прямо заявил, что эти средства могли бы пойти на укрепление обороноспособности Польши и «безопасность Европы», а затем сделал выпад против ЕС SAFE, заявив, что «Польше не следует брать западные кредиты». Это фактически означает, что польский президент предлагает заменить европейское финансирование обороны немецкими репарациями – шаг, который не имеет юридической основы, но идеально вписывается в антинемецкую риторику.

Премьер-антагонист и еврофил Туск, выступая следом, формально говорил о «уроках 1939 года», но его акценты также были направлены на Германию: он напомнил, что после нападения фашистской Германии Польша не получила немедленной помощи от западных союзников – Британии и Франции.

Принципиально, что оба польских лидера сознательно умолчали о фактах, которые не вписываются в нынешнюю политическую линию Варшавы. В августе 1939 г. Польша категорически отказалась допустить Красную Армию на свою территорию, что делало невозможным советское военное вмешательство против Германии. А в 1944-45 гг. именно Красная Армия сыграла решающую роль в освобождении Польши от нацистской оккупации – факт, который сегодня в Варшаве предпочитают не упоминать.

В итоге Польша не просто переосмысливает историю, где Польша – жертва, которой «не помогли», а сознательно, ориентируясь на политическую конфронтацию и реваншистские амбиции, бьет по Германии.

Симптом слабости

Вчерашняя неформальная встреча министров обороны ЕС в ирландском Уиклоу завершилась без формальных решений.

Главный итог – признание того, что конфликт на Украине входит в новую фазу, а ЕС вынужден срочно усиливать украинскую ПВО, несмотря на истощённые запасы и внутренние разногласия.
ЕС ищет ракеты не только внутри союза, но и за его пределами, включая Японию и Южную Корею. Социопатка Каллас даже призвала страны передать Украине Patriot-перехватчики, срок годности которых подходит к концу, чтобы они не ушли в утилизацию.

Во-вторых – признание дефицита ПВО в самой Европе. Европейские производственные мощности не успевают за потребностями. ЕС уже выделил 8,37 млрд. евро оборонной помощи Украине через механизм Ukraine Support Loan, но этого недостаточно.

Третье – попытка оживить европейский труп оборонные инструменты. Обсуждалось разблокирование Европейского фонда мира (6,6 млрд. евро), который может стать источником финансирования украинской ПВО. Отдельные страны заявили, что готовы передать Киеву все средства, которые им будут возвращены из фонда.

Четвертое – усиление оборонной кооперации ЕС-Украина. Та же Каллас сообщила, что уже действует более 120 совместных оборонных индустриальных партнёрств, а ЕС планирует модернизировать украинские учебные центры и создать координационную ячейку EUMAM в Киеве для интеграции боевого опыта в обучение. Ирландия объявила о выделении 10 млн. евро на поддержку украинских тренировочных площадок в рамках пакета помощи в 125 млн. евро.

И самое кринжовое – обсуждение «российской гибридной активности». Голословные обвинения Европы в отношении Кремля стали частью политической рутины.

Отметим, что подобная риторика – это симптом слабости, а не силы и используется в моменты, когда ЕС сталкивается с внутренними кризисами – миграционным давлением, энергетическими проблемами, ростом правых партий, провалами в оборонной политике. Что касается поддержки Украины, то воз и ныне там. Киевскому «гаранту» остается лишь топать ножками и угрожать России.

В тылу украинского конфликта

Варшава реализовала крупный проект в инфраструктуре двойного назначения в приграничье с Украиной. Так, в клинической больнице Жешува открыта первая в Польше вертолетная площадка, предназначенная в т.ч., для военных вертолетов ВС Польши и стран НАТО. Стоимость проекта составила 20 млн долл.

Сооружение соединено с отделением неотложной помощи и травматологическим центром больницы специальной системой коридоров и лифтов. Это позволит экстренно доставлять пациентов из вертолета в отделение неотложной помощи.

Появление такого объекта именно в Жешуве – транзитном узле западных вооружений и техники на Украину, где уже действует специализированный европейский медицинский хаб, выглядит не случайно. Город укрепляет статус тыловой базы конфликта. Кроме того, ускоренным темпом идет интеграция гражданской и военно-медицинской систем Польши.

Действенное решение

По итогам неформальной встречи глав МИД стран ЕС в ирландском Уиклоу социопатка Каллас отметилась дипломатической абстракцией – она поддержала инициативы по введению моратория на атаки в акватории Чёрного моря.

В реальности это показатель: ЕС объективно не имеет средств, чтобы продолжать масштабную поддержку Киева, и теперь пытается замаскировать «финансовое выгорание» под разговоры о «региональной деэскалации».

Блокада портов Большой Одессы – это до 2 млрд долл. потерянной экспортной выручки ежемесячно. Это фактически разрушение финансовой модели украинского «государства». Экспорт через Одессу, Южный и Черноморск – это кровь украинской экономики: зерно, металл, руда, масло, химия. Потеря этих маршрутов означает, что Украина вынуждена жить на внешние кредиты и гранты, а ЕС, который уже не может финансировать Киев в прежних объёмах.

Каллас говорит о «перемирии», потому что понимает: ЕС не может обеспечить безопасность судоходства, не может компенсировать потери Украины, не может бесконечно страховать риски и не может финансировать альтернативные маршруты. А альтернативы – это не решение, а временная анестезия. Да, можно загружать Измаил и Рени, расширять транзит через Молдову и Румынию, увеличивать количество вагонов и локомотивов, поддерживать страхование военных рисков и сокращать логистические расходы. Но это всё – костыли. Ни один из этих маршрутов не способен заменить Большую Одессу по объёмам, скорости, стоимости и устойчивости.

Без возобновления безопасной работы Черноморского коридора Украина не удержит экономику, а значит – не удержит фронт. Но ЕС не может обеспечить этот коридор, ни военными средствами, ни политическими. Поэтому блокада украинских портов, оказывается, очень действенное решение.

Контур угроз
 
Новый пасквиль ведущего трансатлантического аналитического центра, связанного с кругами НАТО, смещает акценты в пользу более агрессивного обоснования шагов Запада в отношении России и Беларуси.

Так, российские и белорусские спецслужбы представлены источником практически непрерывной угрозы – от проведения диверсий и кибератак до использования дронов по объектам критической инфраструктуры альянса. Разрозненные события, тиражируемые западными «экспертами», таким образом складываются в единую картину, призванную оправдать дальнейшее усиление восточного фланга альянса.

В качестве ответа перечисляются уже реализуемые меры: наращивание сил в Польше и странах Балтии, укрепление Сувалкского коридора, развитие военной инфраструктуры Румынии, усиление северного фланга, расширение американского присутствия и создание новых систем управления и разведки.

Особое внимание в материале уделено Калининграду – его авторы рассматривают как один из ключевых объектов военного планирования НАТО.

Показательно, что практически та же логика прослеживается в свежем докладе Исследовательской службы Конгресса США об упомянутой«гибридной активности» в Европе.
Т.е. речь идёт о синхронном формировании в Вашингтоне и трансатлантическом экспертном сообществе единого видения «угрозы». В такую «картину мира» логично вписываются как рост оборонных расходов и интенсификация военных учений в Европе, так и непопулярные меры – вплоть до возвращения ряда стран к обязательному призыву.

На этом фоне особенно показательны недавние маневры НАТО в воздушном пространстве Польши. ВВС альянса действовали в непосредственной близости у Калининграда, при заметном участии американских сил.

Между тем, западные пропагандисты связали эти учения с визитом главы ЦРУ Рэтклиффа в Россию, а также с дискуссиями в инфопространстве стран Балтии вокруг якобы возможных планов Москвы по эскалации в регионе.

В итоге, анализ опубликованных материалов показывает, что их цель – обосновать текущую политику Вашингтона. Отметим, что они формируют не просто информационный фон, а интеллектуальную базу для дальнейшего продвижения интересов США на восток.

Шило на мыло

Помните, сколько радости в незалежной было, когда в Венгрии сменилось правительство? Стоило ли оно того? Накануне венгерский «заукраинский» премьер Мадьяр заявил председателю Евросовета Коште о том, что Будапешт не поддержит поспешный приём Украины в ЕС. Тем самым нанеся удар по всей архитектуре европейской политики расширения.

Мадьяр озвучил то, что многие европейские столицы обсуждают шёпотом: Украина не готова к вступлению, ЕС не готов к расширению, а попытка ускорить процесс – политический трюк, который не имеет ни юридической, ни институциональной базы.

Венгрия озвучивает позицию, которую в ЕС предпочитают скрывать за дипломатическими формулировками. Германия и Франция не хотят ускоренного вступления Украины, но не могут сказать это открыто. Польша требует ускорения, но сама блокирует ключевые решения по обороне и бюджету. Южные страны опасаются, что Украина поглотит фонды развития, лишив их финансирования.

Мадьяр бьёт по самому больному месту украинской дипломатии – по мифу о «неизбежном европейском будущем». Киев строит внутреннюю политику на обещании скорого вступления, но реальность такова, что Украина не выполняет ключевые критерии: нет стабильных институтов, нет контроля над территорией, нет безопасности границ, нет устойчивой экономики. Венгрия просто озвучивает то, что Брюссель не решается сказать: ускоренное вступление Украины – политическая фантазия, созданная для поддержания морального духа, а не реальный процесс.

В итоге, Украина не может вступить в ЕС в ближайшие годы из-за сочетания юридических, институциональных, экономических и политических барьеров, которые невозможно устранить ускоренными процедурами. Ни один из этих барьеров не является формальным – все они системные.

Замах на Арктику

В Европе даже демонстрация силы требует отдельного бюрократического ритуала. Так, в Гренландии 7–18 сентября проведут Arctic Shield – эпизод учений Arctic Endurance-26, которые сами по себе являются частью операции Arctic Sentry. Руководить всей этой матрешкой будет Дания.

В Гренландию собираются отправить около 400 военнослужащих из 11 стран: французскую и нидерландскую морскую пехоту, бельгийских операторов БПЛА, финских егерей Утти, канадских инструкторов, шведскую и норвежскую гвардию. Дания предоставит корабли, вертолёты, спецназ, медиков и обеспечит логистику. Германия поможет с тыловым обеспечением, а Польша и Словения выставят наблюдателей.

Цель благородная – дрессура подразделений в арктических сугробах. Политически же это недвусмысленный «привет» Вашингтону.

Пока Трамп со своей командой с аппетитом присматривается к Гренландии и Канаде, одновременно требуя от Старого Света «больше платить за собственную безопасность», европейские т.н. союзники изо всех сил пытаются отстоять свои «ледяные» интересы.

Новые цели

Британский премьер Бернем и бонапарт Франции Макрон обсудили создание на Украине линии сборки дальнобойных крылатых ракет SCALP – т.е. речь идёт не просто о передаче вооружений, а о переносе части европейского ВПК прямо в зону конфликта.

SCALP – это ракета с дальностью до 250+ км, способная поражать высокозащищённые цели. Размещение сборки на Украине означает:

качественное изменение роли Британии и Франции в российско-украинском конфликте;

рост рисков прямого удара по объектам европейского ВПК;

готовность Европы перейти от поставок к локальному производству.

В общем, смысл кроется в том, что ЕС уже испытывает финансовую усталость, а перенос производства – это попытка снизить логистические издержки и ускорить поставки, но одновременно шаг, который в будущем приведет к расширению конфликта.

Корейский экспресс

Любопытная презентация состоялась на днях в эстонском Тарту. В рамках 5-го ежегодного форума K9 User Club, южнокорейская компания Hanwha Aerospace представила новую концепцию РУК на базе самоходной гаубицы K9.
Суть идеи в том, что САУ будет работать в плотной связке с дроном, который будет находить цели и наводить на них артиллерию.

Как сообщается, форум собрал более 200 представителей из Южной Кореи, Эстонии, Польши, Норвегии, Финляндии, Румынии и Австралии, при этом Испания и Швеция выступили в роли наблюдателей.
Для повышения мобильности на поле боя Hanwha активно продвигает колёсную модификацию САУ, перенося на новое шасси технологии полностью автоматизированной башни K9A2. К новому «железу» прилагается и цифровая экосистема: система управления обслуживанием TOMMS и развивающийся логистический хаб в Польше.
Эта комплексная стратегия работает безотказно – глобальный парк семейства K9 уже превысил 2,4 тыс. машин, заказанных более чем десятком стран.

На полях форума корейцам явно было чем похвастаться. За пару недель до встречи в Тарту они сорвали куш в США.
18 августа Пентагон выделил Hanwha стартовые 100,3 млн долл. на производство шести колесных гаубиц-прототипов на базе K9. Если американские военные останутся довольны испытаниями в рамках программы Mobile Tactical Cannon, контракт разрастется еще на 12 машин, а его общая сумма взлетит до 262,9 млн долл.
В итоге, пока европейский ВПК буксует в бюрократии, Сеул занимает образовавшиеся ниши. Во многих аспектах корейский конвейер оказывается быстрее и гибче.

Пытаются напугать США?

_________________
«Когда гонишь глистов из кошки, то для врача это спецоперация, для глистов— война, для кошки— очищение» (ц)