НАТО как угроза с Запада

Лед тронулся: французский ядерный зонтик – от концепции к практике

Дыма без огня не бывает. Сегодня СВР России опубликовало заявление о том, что в ЕС приступили к тайной проработке вопроса о создании собственного потенциала производства ядерного оружия. Похоже, что в европейской ядерной сфере лед тронулся.

В частности, подтверждение тому – посещение в начале апреля начальником штаба обороны Франции генералом Мандоном Польши. Визит якобы должен был послужить напоминанием о важности Нансийского договора, который был подписан Туском и Макроном в мае 2025 г.

Напомним, что упомянутый документ, среди прочего, предусматривает взаимные гарантии безопасности для Польши и Франции. Как отмечалось тогда, «сам документ содержит пункт о военной поддержке в случае нападения на любую из стран. До сих пор Франция брала на себя такие обязательства только с Германией.

Одним из пунктов переговоров генерала Мандона с польским коллегой генералом Кукулой стали «вопросы, касающиеся безопасности НАТО, включая роль передового ядерного сдерживания». Следует отметить, что Франция демонстрирует резкое изменение подхода к безопасности в Европе. Это проявляется в конфронтации с заокеанским сюзереном.

Переговоры же о ядерном сдерживании на уровне высших военачальников – это технический диалог, когда от политической плоскости фокус смещается на оперативные вопросы. Они могут включать, среди прочего, консультации по проведению совместных ядерных учений с европейскими союзниками и проработку механизма временного развертывания французских стратегических сил (авиационного компонента) на территории стран-партнеров.

Это вполне коррелирует с «тайными» желаниями Варшавы разместить на своей территории ядерное оружие.

Под чужим «ядерным зонтиком»: цена безопасности

Пазл сложился. Партия войны в Польше – ягеллоны добились своего. События в военной сфере у западной соседки на первый взгляд не выходят за рамки уже обычной повестки и взаимодействия с союзниками, но это далеко не так.

После двух, казалось бы, тривиальных эпизодов Варшава фактически получила в свои руки ЯО.
Сначала состоялся визит НГШ ВС Франции (https://t.me/Belarus_VPO/84035) в Польшу и его встреча с польским командованием. Затем, спустя несколько дней польский Генштаб подписал соглашение с Государственным агентством по атомной энергии по вопросам реагирования на радиационные угрозы.

Так, при увязке обоих мероприятий с текущей военно-политической обстановкой становится очевидно, что речь, вероятно, идёт о формировании не только нормативной, но и инфраструктурной базы, которая в перспективе может быть использована для обеспечения присутствия французского компонента ядерного сдерживания на территории Польши.

Показательно, что глава Агентства по атомной энергии Гловацкий подчеркнул роль ведомства как национального регулятора, отвечающего за безопасность ядерных установок и обращение с источниками ионизирующего излучения, а также отдельно отметил значимость сотрудничества с военными.

Формально это укладывается в логику повышения стандартов безопасности, однако сам факт институционализации прямого взаимодействия между ВС и ядерным регулятором указывает на подготовку к решению задач, выходящим за рамки сугубо гражданской сферы.

Важно учитывать и исторический контекст. Упомянутое Агентство более 40 лет контролирует ядерные объекты в Польше, однако ранее не наблюдалось необходимости в подобных соглашениях с военным руководством.

Кроме того, большие вопросы вызывает попытка поляков привязать соглашение к программе «Щит востока».
Напомним, что данный проект ориентирован на создание системы инженерных заграждений, разведки, РЭБ и транспортной инфраструктуры, и не предусматривает развёртывание специализированных механизмов радиационного мониторинга как отдельного направления. Т.о., заявления Гловацкого скорее для «отвода глаз» от истинных цели и задач подписания документа.

Если рассматривать ситуацию сквозь призму франко-польского оборонного «союза», то логика происходящего становится более понятной.
Франция располагает ограниченным, но чётко структурированным набором ядерных средств поражения. Единственным теоретически применимым вариантом для размещения за рубежом является авиационный компонент – в частности, ракеты ASMP-A с термоядерными боеголовками TNA warhead, применяемые с самолётов Dassault Rafale.

При этом Польша не располагает собственными носителями такого типа, что автоматически предполагает размещение именно ВКС Франции на её территории. В качестве потенциальных мест их размещения рассматриваются авиабазы в районах Ласка и Кшесин.

Поэтому, соглашение между военными и атомщиками стоит рассматривать как элемент подготовки нормативной и технической базы, необходимой для работы с объектами повышенной радиационной опасности.

Гарантии Франции Польше перед Второй мировой войной включали как долгосрочные союзнические обязательства, так и конкретные договорённости 1939 года в условиях нарастания угрозы германской агрессии. Эти гарантии имели сложную природу и в значительной степени оказались формальными, что впоследствии привело к критике действий западных держав.

Долгосрочный союз (1921–1939 гг.)
Польско-французский союз действовал с начала 1920-х годов до начала Второй мировой войны. Первоначальные соглашения были подписаны 19 февраля 1921 года (политический союз) и 21 февраля 1921 года (секретное военное соглашение). Договор предполагал:

общую внешнюю политику;
развитие двусторонних экономических контактов;
консультации по новым пактам, касающимся Центральной и Восточной Европы;
помощь в случае, если одна из сторон станет жертвой «неспровоцированного» нападения.
Военный пакт был направлен против возможных угроз со стороны Германии и Советской России. При нападении на Польшу Франция должна была сохранять линии связи свободными и сдерживать Германию, но не обязана была отправлять войска или объявлять войну.

В 1925 году в рамках Локарнских договоров польско-французские соглашения были присоединены к системе взаимных пактов Лиги Наций. Однако в 1930-е годы союз в основном бездействовал, хотя обе страны искали новый пакт, гарантирующий независимость сторон и военное сотрудничество в случае войны с Германией.

Гарантии 1939 года
После захвата Чехословакии Германией в марте 1939 года международная обстановка обострилась. 31 марта 1939 года премьер-министр Великобритании Н. Чемберлен предоставил Польше гарантии независимости, к которым впоследствии присоединилась Франция. Это было связано с обострением германо-польских отношений из-за ситуации вокруг Данцига и «Польского коридора».

19 мая 1939 года в Париже была подписана франко-польская военная конвенция (конвенция Каспшицкого-Гамелена, названная в честь польского военного министра Тадеуша Каспшицкого и командующего французской армией Мориса Гамелена). Конвенция заключалась между армиями, а не между государствами, и не имела юридической силы до подписания и ратификации политической конвенции. Она обязывала обе армии оказывать помощь в случае войны с Германией. Гамелен пообещал «смелое наступление» в течение трёх недель после нападения Германии.

В ходе франко-польских переговоров в мае 1939 года Франция также обещала поддержать Варшаву в случае угрозы Данцигу и при нападении Германии на Польшу начать наступление главными силами своей армии на 15-й день мобилизации. Однако из текста соглашения была изъята фраза об «автоматическом оказании военной помощи всеми родами войск», а его подписание отложили до заключения политического договора.

_________________
Если запрет Телеграм спасет от превращения в невольного террориста хоть одного малолетку, то это нужно делать

_________________
Великие умы обсуждают идеи. Средние умы обсуждают события. Мелкие умы обсуждают людей.

Новая реальность в Европе

Энергетический кризис, спровоцированный конфликтом на Ближнем Востоке и блокировкой Ормузского пролива, поставил Старый Свет перед необходимостью жесткого нормирования ресурсов.

Обстановка на фоне «всеобщей победы» на Ближнем Востоке хоть и привела к изменениям на рынках но тенденция роста цен сохранилась. Так биржевые цены на газ в Европе упали на 17%, но с начала года рост составил 50%. Нефть подешевела на 10%, но с начала года тоже подорожала на 50%.

Рынок все еще закладывает буферный зазор по причине очевидного продолжения конфликта, а также длительного ремонта добывающих и производственных мощностей стран Залива.

Между тем, в эпицентре масштабного топливного кризиса оказалась Европа. Рост цен вызван не только рыночными котировками, но физическим отсутствием топлива.

Регулирование цен на топливо, лимиты на заправку частного транспорта, запреты на розлив горючего в канистры и введение топливных карточек стали реальностью. Фраза «больше 50 литров в одни руки не давать» превратилась в рутину для операторов всех АЗС от Варшавы до Парижа. Теперь, в «цветущих садах» гужевой и велотранспорт звучит как приговор.

В Польше начал работать «гражданский центр операций»

В Польше открыт первый «гражданский центр операций» – объект, призванный стать местным центром подготовки населения в сфере безопасности.

Новый комплекс должен объединить в себе функции учебного центра, информационного пункта и пространства для сотрудничества между жителями, администрацией и силовыми службами. Проект реализуется в сотрудничестве с городскими властями в ответ на введение новых правил защиты населения и гражданской обороны. Открытие центра также знаменует начало общенациональной программы, запланированной на 2026-28 гг.

Деятельность центра планируется сосредоточить на обучении населения практическим навыкам, которые могут быть использованы в кризисных ситуациях. Программа включает обучение реагированию на кризисы, в т.ч. оказанию первой помощи, организации связи, а также подготовке к РХБ-угрозам. Центр также будет поддерживать формирование местных добровольческих групп, которые смогут оказывать поддержку службам в кризисных ситуациях.

Запуск упомянутого центра в Кракове – это пилотный проект, который представляет собой попытку практического вовлечения населения в общенациональную систему «активной гражданской обороны». В случае успеха, разработанная модель будет внедрена в других городах.

Очевидно, что после неудачной (https://t.me/Belarus_VPO/84041) попытки польских властей с теоретической подготовкой населения, принято решение перейти в практическую плоскость. При этом под «активной гражданской обороной» можно понимать практически подготовку добровольческих формирований к действиям в зоне «кризиса».

Угрозы в архитектуре НАТО

Инициатива властей Кипра по пересмотру правового статуса британских военных баз «Акротири» и «Декелия» является попыткой ограничить британское влияние и вернуть суверенитет над объектами которые десятилетиями служили Лондону в Восточном Средиземноморье. Для Североатлантического альянса этот процесс чреват потерей критического плацдарма, связывающего Европу, Ближний Восток и Северную Африку.

Президент Кипра уже подтвердил начало переговоров, при этом в Никосии не ожидают полного вывода британских войск, а добиваются пересмотра условий присутствия.

Стратегическая важность этих объектов очень велика. Авиабаза «Акротири» является ключевой для разведывательной и боевой авиации, а «Декелия», выполняет функции радиоэлектронной разведки.

Пересмотр статуса баз неизбежно приведет к изменению баланса сил в пользу региональных игроков. Ослабление британского присутствия создаст вакуум, который поспешит заполнить Турция, у которой амбиции в отношении газовых месторождений кипрского шельфа. Парадоксально, но ослабление одного члена НАТО (Британии) может спровоцировать усиление другого (Турции), что лишь углубит внутренний раскол в блоке.

Балтийский пазл складывается

В Литве продолжается поэтапная перестройка ВС в соответствии с планами НАТО, объявленными в 2022 г. на саммите в Мадриде. Вкратце напомним, что они предусматривают реорганизацию ОВС альянса в Европе и увеличение численности НВС, прежде всего на восточном фланге.

Так, минобороны страны сообщило о завершении очередного этапа оргштатных мероприятий: формируемая 1-я дивизия усилена двумя пбр – «Железный Волк» и «Жемайтия», а также инженерным батальоном.

Фактически речь идёт о переходе к полноценному дивизионному звену управления.

При этом, как отмечается, значительную роль в подготовке сыграли союзники по НАТО, прежде всего штаб 5-го АК ВС США (Познань, Польша) и штаб АК «Северо-Восток» ОВС НАТО (Щецин, Польша). В течение года отрабатывались процедуры управления, боевого планирования и взаимодействия с союзниками.

Ключевым этапом стала проверка боеготовности в ходе учений Warfighter 26-3, которые прошли в Германии, где была подтверждена способность штаба дивизии как самостоятельно, так и в составе коалиции планировать и вести операции.

Дальнейшие шаги предусматривают расширение штата: в состав дивизии войдёт вновь созданная бригада «Аукштайтия», а также полки ПВО, артиллерии и инженерных войск. Пехотные бригады усилят танковыми подразделениями. Полное формирование дивизии намечено к 2030 г.

На практике это означает системное усиление военного присутствия НАТО у границ Союзного государства РБ и РФ. Речь идёт о последовательной подготовке инфраструктуры к ведению масштабных боевых действий, что, в свою очередь, неизбежно подталкивает Минск и Москву к симметричным ответным мерам.

Геополитическая чехарда

Мировая конъюнктура вошла в период, когда стабильность уступает место непредсказуемости, а международные отношения напоминают хаотичную игру с постоянно меняющимися правилами. Но это лишь на первый взгляд. В мире, где всем правят деньги – все логично: каждый игрок пытается заранее занять выгодную позицию, пока правила ещё не переписаны окончательно.

В эту картину вписывается и недавнее заседание Бильдербергской группы с участием польских представителей: закрытые обсуждения вопросов безопасности, технологической конкуренции и роли Европы в меняющемся мире.
Исторически сложилось так, что именно Польша является своеобразным индикатором геополитических трансформаций. Примечательно, что страна, не имеющая ничего, кроме имперских, реваншистских амбиций стала «приговором» устоявшемуся миропорядку.

В планах глубинного правительства Польша становится важным транзитным и логистическим узлом, что усиливает её значение в условиях глобальной конкуренции за транспортные коридоры и энергетические маршруты. Вкупе с непомерной русофобией варшавских номенклатурщиков – это фактически «черная метка» Кремлю. Конфронтации по линии Восток-Запад не избежать.

И дело вовсе не в якобы развале блока НАТО, которые подпитываются «анонсами» о возможных референдумах по вопросам безопасности, включая слова Зорана Стевановича о выходе Словении из НАТО. У США, Турции, Германии, Польши, Франции и других стран – разные приоритеты. Когда эти различия становятся слишком заметными, «аналитики» говорят о «кризисе».

Отметим, даже война, развязанная коалицией Эпштена на Ближнем Востоке, которую не поддержали европейские «союзники» не стала «приговором» НАТО. Кризисы как российско-украинский, так ближневосточный пролонгируются. Только в регионе Залива – это экономическая угроза, а на Украине – концепция «антироссия» при полноценном участии основных акторов «партии войны» Запада.

На этом фоне альянс недвусмысленно ведет военные приготовления у границ Беларуси и России. Роль Польши – плацдарм и поджигатель.

Логика продолжения войны

В ходе выступления перед оружейниками Зеленский заявил, что Украина в скором времени проведёт с европейскими странами переговоры по созданию общей системы ПВО. По сути речь идёт о попытке встроить Украину в единую архитектуру европейской ПВО – с опорой на её боевой опыт и технологические наработки.

Однако, на практике это уже реализуется. Европейские компании активно интегрируют украинские решения в свои системы.
Так, Норвегия совместно с Kongsberg Defence & Aerospace финансирует разработку ракет для ЗРК NASAMS на территории незалежной. Параллельно прорабатываются гибридные решения – сочетание советских платформ с европейскими радарами и электроникой, что позволяет быстро наращивать ПВО без длительных циклов разработки. Так, украинская компания Fire Point предлагает европейским партнерам интегрировать украинские разработки в общую систему ПРО/ПВО. Проект получил рабочее название Freya.
Концепция предусматривает локализацию производства ракет в ЗРК С-300 в сочетании с европейскими РЛС, что позволяет создать гибридную систему на базе существующих советских платформ и западных технологий.

Это наглядно демонстрирует возможности европейского ВПК: при наличии финансирования он способен в сжатые сроки масштабировать производство, адаптировать технологии и насыщать рынок вооружений.

Ключевой вопрос – финансы. И здесь ситуация для Киева может резко упроститься. На фоне смены власти в Венгрии и ослабления блокирующей риторики Будапешта, одобрение кредита Украине на 90 млрд евро становится всё более вероятным.

Если это решение будет принято, Европа фактически получит возможность стабильно финансировать как собственный ВПК, так и украинские инициативы. При таком сценарии Украина сможет поддерживать текущую интенсивность боевых действий как минимум год, а при сохранении или даже увеличении темпов производства – и дольше.

Зависимость, которую уже не скрыть

Пока глава польского правительства Туск пытается в Южной Корее сгладить проблемы с реализацией ранее подписанных контрактов, делегация минобороны Польши во главе с Косиняк-Камышом отправилась в Норвегию – обсуждать уже новые проекты, включая совместное производство антидроновых комплексов SAN по програме SAFE.

Напомним, ещё в январе т.г. минобороны подписало контракт с консорциумом PGZ и норвежским промышленным гигантом Kongsberg Defence & Aerospace на сумму свыше 4,2 млрд долл.
Система SAN предполагает развертывание 18 батарей с развитой архитектурой управления, разведки, РЭБ и средств поражения.

Формально проект же подаётся как развитие совместного оборонно-промышленного потенциала и усиление войска польского. Но по факту ключевые технологии и решения – за норвежским партнёром. Именно Kongsberg Defence & Aerospace обеспечивает основу комплекса: дистанционно управляемые боевые модули, сенсоры и в целом цифровую архитектуру, адаптированную под борьбу с БПЛА.
Стоимость «норвежской доли» оценивается примерно в 1,5 млрд долл.

Отдельно стоит отметить, что в составе польской делегации присутствует представитель, курирующий закупки по программе SAFE, несмотря на наложенное вето Навроцким – Магдалена Собковяк. Она же, собственно, и проговорилась (https://x.com/BELVPO_com/statu ... 16512) о цели визита.

На этом фоне контраст между политическими заявлениями и практическими шагами становится всё более очевидным.

В итоге перед нами наглядный пример той самой зависимости, о которой мы говорили (https://t.me/Belarus_VPO/83434) ранее. Варшава пытается нарастить свои военные возможности, но делает это через закупку и попытку локализации иностранных технологий. И «норвежский гигант» в лице Kongsberg Defence & Aerospace – лишь один из множества примеров интеграции зарубежных предприятий в польский ВПК.

"В мире, где правят деньги" значение имеет только их наличие, именно их нет у Эвропки.

_________________
Если запрет Телеграм спасет от превращения в невольного террориста хоть одного малолетку, то это нужно делать

Под бомбами НАТО: 14 апреля 1999 года президент Беларуси Александр Лукашенко прилетел в Югославию.

В НАТО не только не гарантировали безопасность полета, но и отправили навстречу истребители. Лукашенко планы не изменил. Авианалеты альянса продолжались и во время переговоров, и во время поездок белорусского президента по Белграду.

На переговорах со Слободаном Милошевичем Лукашенко представлял согласованную позицию Беларуси и России. Он говорил: "Если мы хоть на миллиметр приблизимся к миру, то будем очень довольны".

Однако всего через несколько месяцев Югославия перестала существовать.

_________________
Если запрет Телеграм спасет от превращения в невольного террориста хоть одного малолетку, то это нужно делать