Нашел !!! это только начало Великой Саги!!!


Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 4 ] 
Автор
#1  Сообщение 07.12.15, 20:12  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 04.10.2014
Сообщения: 1254
Откуда: дровишки? травишка? из лесу, вестимо
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Однажды Волк вычитал в книжке, как правильно составлять хокку. Эта идея настолько поразила его, что он тут же попытался сочинять их сам, записывая их прямо в пыли под сосной.
Первое его стихотворение, записанное в пыли, приобрело следующий вид:

Мой лес густеет
Толстеют партизаны
Привет, сансара!

Жутко довольный собой, Волк пару раз прочитал это вслух и принялся за написание следующего.
Получилось:

Колодец полон
Листья шумят на ветру
Падает осень

Волк взвыл от счастья. Тут он вспомнил недавно прочитанную им книжку про приключения какого-то индейского воина. Он тут же решил увековечить свое знание в стихах:

Дон Хенаро спит
На цыпочках крадется
Подлый гуахо

В это время сзади подошел Бобер и продекламировал:

Зачем ты белку
Съел, поганый мясоед
Побойся кармы!

Не растерявшись, Волк ответил:

Я не был сыт, увы
Вот потому и слопал
Се было вкусно

Возмущенный Бобер решил дать отпор наглецу:

О, злобный хищник!
Есть нам мясо запретил
Великий Будда

Волк подумал и сказал:

"Великий Будда
Дыра в отхожем месте" -
Говорил Риндзай

Бобер, не стерпев богохульства, набросился на Волка с кулаками. Но Волк, не моргнув и глазом, схватил своего друга за шкирку и забросил его далеко в реку - дабы не мешал писать стихи. Не обращая внимания на проклятия Бобра, доносившиеся из воды, он вновь склонился над пылью:

Я растворяюсь
Как небо над Мехико
Я безупречен

- Что такое "Мехико", Бобер? - прокричал Волк в сторону реки.
- ...опу со своим Мехико! - донеслось до него.
Волк пожал плечами, и принялся за следующее стихотворение.

* * *
Однажды Волку в голову пришла мысль следующего содержания:
- Интересно, а откуда я знаю все эти термины, если даже понятия не имею, что они означают?
Волк привычно почесал за ухом и спросил у Бобра:
- Бобер, что такое "термин"?

* * *
Однажды Волку приснилось, что он стал стадом кенгуру, поднимающихся на гору Фудзияма.
Проснувшись, он обратился к Бобру:
- Бобер, что такое "кенгуру"?
Бобер, немного поразмышляв, ответил:
- Это такое животное, которое прыгает на задних лапах, а на животе у него сумка.
- А кенгуру водятся в Японии?
- Насколько мне известно, нет.
- Странно.
Волк надолго ушел в себя. Он начал размышлять о том, что бы этот сон мог значить. Ничего так и не придумав, он начал рассуждать об этимологии слова "кенгуру" (попутно справившись у Бобра о том, что такое "этимология"). Но и эти мысли его ни к чему не привели, за исключением того, что "кенгуру" можно было бы считать инкарнацией какого-нибудь продвинутого бодхисатвы по имени "Кен".
- Слушай, Бобер, а на хрена кенгуру сумка?
Настал черед Бобру задуматься.
- Я где-то читал, что они там детей своих носят. Но ведь это, наверное, кенгуру-мамы. А зачем тогда сумка кенгуру-папе?
- А может быть, у кенгуру-пап вовсе нету никаких сумок?
Бобер вновь задумался.
- Не, вряд ли. С чего бы тогда всех кенгуру подряд называли "сумчатыми"?
- Вот, блин, дилемма-то... - проговорил Волк.
И они с Бобром погрузились в глубокие размышления о природе сумки кенгуру.

* * *
Как-то раз Бобер, отправившись вниз по реке, наткнулся на сусликов, которые пересекали реку вплавь.
- Разве суслики плавают? - подумалось Бобру. Но, как истинный дзен-буддист, он не подал виду, что его что-то изумляет.
- В конце-концов, все ведь сует сует, попса и томление духа, - думал Бобер. - Какая разница, что происходит, если все, что происходит, иллюзорно?
Возвращаясь обратно, он снова наткнулся на сусликов, которые в этот раз летели на юг.
- Майя, - махнул лапой Бобер.
Лишь потом он узнал, что если в этом мире и есть что-то реальное, так это суслики. Хотя, если задуматься, то и они тоже...

* * *
Великий волшебник Малах Ге-Мавет, будучи навеселе, любил принимать формы различных животных, причем, зачастую, целого их множества. То прикинется стаей сусликов, летящих на юг. То стадом кенгуру, поднимающихся на гору Фудзияма. То парой брачующихся ежиков.

* * *
Одно стадо кенгуру, проживавшее в Японии, частенько любило прикидываться великим волшебником Малахом Ге-Маветом...

* * *
"Суслик - это невероятно божественный зверь, " - произнес как-то Волк во сне. Бобер, все еще памятующий о странном происшествии на реке, очень испугался... Реальность в очередной раз норовила принять форму суслика.

* * *
Как-то раз Волк, гуляя по лесу и размышляя о природе пространства, повстречал Лося. (Если признаться честно, то никакой это был не Лось, а живая инкарнация Исаака Ньютона. Но Волк, во-первых, не знал о том, кто такой Исаак Ньютон. Во-вторых, сам Исаак Ньютон не верил в переселение душ).
- Здравствуй, Лось - вежливо поздоровался Волк, - что ты можешь сказать о природе пространства?
Лось напыжился и важно произнес:
- О, я много чего могу рассказать тебе о природе пространства.
Волк уселся на траву и навострил уши, готовясь к интересной беседе.
- Пространство - это большой-большой пустой ящик. В нем находятся все тела, а между телами - пустота.
- Хм, - недоверчиво хмыкнул Волк, - а что находится вне этого ящика?
- Вне этого ящика ничего не находится. А ящик этот создал Господь Бог.
Волк от такого неожиданного поворота событий даже забыл о том, что поначалу хотел спросить у Лося о сусликах, а вовсе не о природе пространства.
- А зачем, Лось, Бог создал этот ящик?
- А он не мог его не создать. Выхода у него другого не было, кроме как создать этот ящик. А...
Но рассуждения Лося уже успели надоесть Волку. Его целиком поглотила невероятной силы мысль - а что если сумка кенгуру, на самом деле, это метафорическое изображение того самого ящика-пространства? (- Надо будет спросить у Бобра, что значит "метафорическое", - отметил про себя Волк). Бедный боженька, таскается он теперь всюду с этим своим ящиком, как кенгуру с сумкой...
И, уже забыв про сущестование Лося, Волк отправился дальше по своим делам. Лось же, даже не заметив исчезновения своего собеседника, продолжал свою речь...
Когда вечером Волк поделился с Бобром своим соображением, тот только презрительно хмыкнул.

* * *
Однажды Бобер, размышляя о природе времени, встретил в лесу Суслика. Но до того испугался Божественного Зверя, что не стал ничего спрашивать, а просто постыдно сбежал. Суслик долго провожал его своим печальным и мудрым взглядом, а затем растворился в воздухе...

* * *
Как-то раз Волк прочитал о пути суфиев... Наутро ноги Бобра болели от долгого быстрого бега. Волк, как всегда, понял все неправильно.

* * *
Однажды Волк, прочитав "Дао Дэ Цзин", задумался о том, что такое Дао. Так ничего и не придумав, он, расстроенный, завалился спать. Волк даже и не подозревал, насколько близко он подобрался к истине...

* * *
В самой чаще леса, среди высоких елей, в темной сухой тишине, одиноко жил Барсук. Волк с Бобром не знали, было ли Барсуку известно о дзен-буддизме или пути суфиев, но всякий раз, когда они проходили мимо его норы, Барсук выскакивал на поверхность и провожал уходящих долгим веселым смехом. Говорить с ними он не желал, только начинал смеяться еще громче.
Как-то раз Волк с Бобром решили поставить эксперимент и из вредности проторчали у норы пол-дня. Барсук ни разу не прервал своего смеха. В конце-концов, Волк не выдержал такого издевательства над своими нервами, и двинул Барсуку прямо в глаз. Тот, не прекращая смеха, поднял с земли огромное сухое полено, и до заката гонял Бобра с Волком по лесу. Его веселый громкий смех эхом разносился меж деревьев, заглушая крики наших несчастных героев.
Так Барсук преподал Бобру с Волком урок мудрости. Больше они в том направлении никогда не гуляли.

* * *
Однако, только самые непродвинутые натуры могли предположить, что Барсук никого и ничего не боялся. (Волк же с Бобром в лучших традициях даосизма вообще ничего об этом не думали).
На самом деле, Барсук панически, до икоты, боялся сусликов. Однажды стадо сусликов, сделавших по пути на юг перерыв прямо у норы Барсука, загнали его на дерево, вынудив его тем самым смеяться три дня без остановки. После этого Барсук долго не показывал носу из своей норы, потому что не мог смеяться. Только икать.

* * *
Однажды Бобер надумал стать скульптором, и три дня вытесывал из ближайшей скалы фигуру брачующихся ежиков.
Глядя на ужасающее творение Бобра, Волк задумчиво сказал:
- Ежики - это не только ценный пух, но еще и три-четыре центнера высококачественного гранита...
Усталый Бобер только огрызнулся. Иголки совсем его доконали...

* * *
Когда статуя брачующимся ежикам была готова, на это пугающее творение природы приходил смотреть весь лес. Забегал даже Барсук, после чего смех его две недели был истерическим.
В скором времени суслики повадились по вечерам собираться у подножия статуи и прилюдно на нее медитировать. Перепуганный Бобер, уличив подходящий момент, разрушил статую. Только тогда наши герои смогли вздохнуть облегченно...

* * *
Единственным зверем в лесу, не боявшимся сусликов, был Хорек. Да и то по той причине, что просто не знал об их существовании, так как большую часть времени проводил во сне.
На его удачу, в тот момент, когда стая сусликов, летящих на юг, случайно залетела в его сон, Хорек как раз ухитрился проснуться. Так он и пребывал в счастливом неведении...

* * *
Великий волшебник Малах Ге-Мавет тоже очень боялся сусликов. Настолько, что когда будучи навеселе, прикидывался стаей сусликов летящих на юг, даже закрывал глаза.
Из-за этого порой случались забавные казусы. Так однажды, вслепую блуждая меж облаков, он до полусмерти перепугал другую стаю сусликов, которые возвращались обратно на север.

* * *
А вот стадо бесстрашных кенгуру, живших под горой Фудзияма, не боялось сусликов.

* * *
Однажды Волк стал думать о природе сусликов, но до того перепугался, что со страху сумел доказать вторую теорему Геделя. Потом, конечно же, забыл об этом. Успел только справиться у Бобра о том, что такое "вторая теорема Геделя".

* * *
В один ненастный день Бобер, превозмогая свой страх, стал думать о том, почему все боятся сусликов.
Он пришел к выводу, что ни один зверь еще не сумел пережить нападения суслика. По той простой причине, что суслики никогда ни на кого не нападали.
Но это ничего не объясняло...

_________________
Изображение Мазератти?

  Профиль  
  
    
#2  Сообщение 08.12.15, 17:26  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 04.10.2014
Сообщения: 1254
Откуда: дровишки? травишка? из лесу, вестимо
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
18 +

Давным-давно дело это было, даже дедушки Ленина тогда в проекте еще не было, а уж нас с вами - и подавно... да какой, на фиг, дедушка Ленин, чего уж там - само человечество еще и не зародилось даже. Потому что было это, как водится, совсем в других временах и пространствах.
Стояла тогда гора одна, а на горе той - замок, заколдованный, ясен пень. А в замке том жила принцесса - ясен пень, заколдованная (иными словами - ебнутая на всю свою голову, но это только между нами - и никому не говорите, что я это сказал).
Гора вокруг того замка поросла чахленьким таким заколдованным леском - три загибающиеся сосенки, невнятный какой-то кустарник выше человеческого роста(заколдованный каким-то гадом-антагонистом, очевидно, до состояния полнейшей неузнаваемости - не поймешь, то ль береза недокормленная, то ль орешник охреневший)и офигенная такая куча бурьяна (не заколдованного, кстати, ни разу).
В чем заключалась эта самая "заколдованность" леса - так никто никогда и не догадался - ворожили, надо сказать, изрядно, да только так ни фига и не поняли. Но, на всякий случай, продолжали считать его в высшей степени заколдованным - для пущей убедительности, очевидно.
Ну вот. По лесу тому бродили заколдованные животные в количестве четырех штук.
Один был единорог, который уже по самому факту своего существования должен считаться заколдованным - а то, что у него шерсть свалялась и облезла местами; то, что один глаз ни хера не видел, а другой периодически косил во всех ста восьмидесяти шести измерениях; то, что рог его давным-давно был изъеден кариесом, вонял и разрушался - это, как бы, волновать никого не должно.
Вторым был волшебный заколдованный осел, который умел говорить. Говорить он умел три вещи: "И-ааа!", "Дайте пожрать" и "Как же вы, сволочи, все меня заебали!". Еще он умел петь песни и рассказывать сказки на албанском языке, но, поскольку никто в округе отродясь албанского не знал и учить не собирался, все это списывалось на его чудачества, а вовсе не на заколдованность.
Третьим был небольшой, но очень заколдованный сказочный гоблин, который, строго говоря, животным ни разу не являлся. Но, поскольку он давно уже спился и опустился до состояния совершенно неприличного, а со сказочными животными в том лесу имелась явная напряженка, для простоты и отчетности его тоже причисляли к заколдованному животному царству. Говорить он не умел, сказок никаких не рассказывал, песен не пел и все время пребывал в сумеречном состоянии сознания - хоть на людей не кидался, и на том спасибо. Сколько ему было лет, никто не знал, но на вид - никак не меньше полутора тысяч, при этом тысяча четыреста девяносто три из них явно были проведены в состоянии беспробудного запоя.
И был еще заколдованный комар, который умел говорить человеческим голосом. Он был четвертым. Помимо всего вышеперечисленного, в том лесу водилось еще три зайца, две белки, целая куча муравьев и енот-гомосек, но, поскольку все они были ни фига не заколдованными, то они и не считаются. Особенно енот, потому что это уже полное безобразие, как ни крути.
Через заколдованный лес к воротам заколдованного замка вела заколдованная узкая, поросшая травой тропинка. Среди пыли, корней, грязи и зловонных луж кое-где можно было разглядеть остатки облицовочной плитки (отдельные эстеты могли бы даже предположить, что плитка сия некогда была стилизована под желтый кирпич, но мне, признаться, это кажется несколько надуманным) - это говорило о том, что когда-то тропинка эта знавала и лучшие времена и, может быть, была даже дорожкой. Или дорогой. А, возможно, даже и Дорогой - кто ее знает? Но точно не я.
А посреди всего этого заколдованного безобразия, значит, как я уже говорил, торчал, подобно древнему фаллическому символу, одинокий заколдованный замок. Вокруг него можно было бы, если очень сильно приглядеться, различить остатки крепостного рва - да только кому это надо? Как бы то ни было, рва как такового давно уже не существовало - одни его остатки, которые использовались немногочисленными жителями замка в качестве помойной ямы.
В самой верхней комнате того замка, почти у крыши, с окнами во все четыре стороны горизонта, томилась ебнутая во всю голову заколдованная принцесса. Вроде бы, никто ее там специально не держал, а потому какого хрена она там томилась - это науке неизвестно, и не выпытывайте даже. Но я так здорово подозреваю, что ей просто некуда было больше идти. Или - не хера делать. А, может быть, имело место и то, и другое - не знаю. А может, ей просто было страшно. Или в ломы. Да какая, в ****, разница?
Большую часть своего драгоценного времени принцесса проводила за чтением глянцевых журналов (хотя какие там, в задницу, глянцевые журналы, могут найтись в заколдованном королевстве - срам, небось, один) или в исступленном созерцании унылых серых пространств, вид на которые открывался из ее окон. Объектов для созерцания, прямо скажем, было не так и много. За исключением заколдованного леса, который, может быть и мог бы заинтересовать наблюдателя, увидевшего его впервые в жизни, но уж никак не принцессу, которая пялилась на него ежедневно на протяжении уже многих лет; небольшого пастбища у подножия горы, на котором паслось несколько чахлых, замученных жизнью коров, дававших замку молоко, говно и (изредка) мясо (чему, коровы, надо сказать, очень сильно сопротивлялись); да бескрайних капустных полей, тянувшихся до самого горизонта - созерцать было решительно нечего. Унылая картина, что ни говори, не совсем то, что нужно молодой девушке, мечтающей выйти замуж, не так ли?
Собственно говоря, до определенного момента жизни, принцесса и не подозревала, что она мечтает выйти замуж. Какой там - она и слова-то такого не знала. Все томилась, страдала, хотела чего-то - но вот чего?
О том, что всякой нормальной девушке, пусть это будет даже заколдованная принцесса ебнутая во всю голову, необходимо выйти замуж, ей сообщил волшебный говорящий комар, с которым принцесса очень много разговаривала в силу дефицита иного интеллектуального общения. Комар тот был продвинутый, давно жил на свете, много путешествовал по разным странам, общался с разными интересными (и не очень интересными) людьми (и не очень людьми) - и потому знал все и обо всем.
- О, это же замечательно! - воскликнула принцесса. Мысли о замужестве вносили изрядную долю разнообразия в ее жизнь, целиком и полностью посвященную медитативному созерцанию капустных полей и нудному изучению однообразных страниц.
- У нас есть скотник, есть поваренок, есть завхоз и еще мой папа - только он вечно пьяный. Как ты думаешь, комар, за кого из них мне лучше выйти замуж? - восторженно прощебетала принцесса.
- Гм, - Комар аж поперхнулся от изумления, - не, ты что, вообще дура, что ли? Ты ж принцесса, да еще и не простая, а еб... заколдованная во всю голову. Ты не можешь просто вот так взять и выйти замуж за первого попавшегося скотника. А уж, тем более, за собственного папу - это и вовсе противоестественно.
- Почему противоестественно? - недоуменно спросила принцесса, хлопая своими огромными ресницами, - ну и за кого же мне тогда выходить замуж, если не за них? У нас в замке все равно больше никого нет!
И тогда комару пришлось прочитать ей долгую лекцию об инцесте, его последствиях, а также о том, что всякая уважающая себя заколдованная принцесса обязана выйти замуж за принца. Причем, желательно, не заколдованного ни разу, и обязательно на белом коне. Приедет он на своем белом коне, слезет с него, поцелуем расколдует несчастную принцессу, женится на ней, а через девять месяцев у них появится очаровательный маленький наследник.
- Ну уж, дудки, - поджала губы принцесса, - рожать не буду!
- Хорошо, - смягчился комар, - можно не рожать, сейчас много всяких разнообразных средств существует. Да и в сказках об этом далеко не всегда говорится.
- Ладно, ну а где мы тогда найдем принца, да еще и на белом коне?
- Предоставь это дело мне! - гордо сказал Комар - я обо всем позабочусь.
- Вот и здо... - восторженно начала было принцесса, но Комар тут же охладил ее пыл: - Бесплатно работать не буду!
- А... а... а как? - изумленно пролепетала принцесса, - у меня же ничего нет!
- В обмен на свои услуги я требую семь капель твоей крови ежедневно, - сказал Комар.
- Ну вот еще, семь, - возмутилась принцесса, - а хоботок не треснет от жадности и рулетом не завернется? Хватит с тебя и пяти, кровосос!
"Вот жадина," - почти восхищенно подумал Комар, - "ради самого важного дела всей своей жизни за каплю крови - и ту ведется!"
- Хорошо, шесть! - сказал он вслух.
Принцесса задумалась.
- Ладно, по рукам.
- Но у меня нет рук! - почти возмущенно пропищал Комар.
- Хорошо, по любому другому месту, которое ты назовешь. Договорились, короче. А что теперь я должна буду делать?
- Теперь ты будешь должна во всем слушаться меня. В первую очередь, нам нужны какие-нибудь гады-антагонисты. Я, например, склоняюсь к кандидатуре дракона.
- А зачем нам гады-антагонисты? - изумилась принцесса.
- Ну как. Для порядку. И для интриги. Чтобы принца привлечь. Ты сама подумай, какой же уважающий себя принц попрется свататься к принцессе, если предварительно ему не нужно будет замочить пару-тройку держащих ее в плену чудовищ?
- Ты думаешь, дракон согласится, чтобы его замочили?
- Ну, про "замочили" - это я так, для примеру сказал. Можно и что-нибудь другое придумать. Например, он попросит отгадать принца три загадки. Или просто преклонит голову перед его силищей немереной - это как договоримся.
- Ну и что? Ты возьмешь на себя переговоры с драконом?
- Разумеется, - кивнул Комар, - только, боюсь, мне могут понадобиться средства. Драконы - они существа довольно жадные, насколько мне известно.
- Да предлагай ему что хочешь, лишь бы согласился, - махнула рукой принцесса. Долгие разговоры явно начали ее утомлять.

- Что?! Блядь, да вы чо, совсем там охуели? - возмущенно вопил Дракон.
- Дракоша, ну ты пойми, - примирительно скрипел Комар, - это же все понарошку! Никто ведь тебя не заставляет жрать ее на самом деле и держать в плену! Это же все фикция, чтобы принцу голову задурить!
- Да на кой мне оно сдалось? Ты вообще понимаешь, что несешь? Слух о том, что я питаюсь девственницами и держу их в плену нанесет сокрушительный удар по моему имиджу! Я же пацифист, понимаешь, па-ци-фист! Вегетарианец! Я мяса не ем!
- Дракон, я думаю, можно договориться... Мы предоставим тебе средства, чтобы ты мог исправить урон, нанесенный твоему имиджу этой ролью!
- Хорошо, - внезапно согласился Дракон, - только тогда это должны быть очень большие средства!
- Да на эти средства, - усмехнулся Комар, - ты сможешь купить себе парочку СМИ, и потом выправляй свой имидж хоть день и ночь, без перерыва на обед и ужин...
- Договорились. Что я должен буду делать?

- Слушай, а тебе не кажется, что Дракон слишком уж многого хочет, за скромную роль статиста-то? Может его того - действительно прибить? - спросила Принцесса у Комара.
- Это следует обдумать, - согласился Комар, - совсем не обязательно сообщать Принцу, что Дракон не настоящий... Вернее, настоящий, но пацифист...
- Смотри только, чтобы этот твой пацифист не отпацифиздил сгоряча нашего с тобой Принца насмерть. Мне нужен живой муж, а не его фрагменты.
- Не боись, - прозвенел Комар, - муж у тебя будет что надо. Настоящий герой. Все обзавидуются.

- Слышь, а ты вообще-то уверен, что она девственница? - с сомнением спросил Дракон.
- Это уже детали, - ответил Комар, - и нас с тобой они не касаются. С этим пусть принц разбирается.

"Дело осталось за малым," - думал на лету Комар, - "нужно во что бы то ни стало найти этого Принца. Где же он шарится-то?".
Принц обнаружился в небольшой, запущенной харчевне на перекрестке сельских дорог.
Выглядел Принц неважно - прямо скажем, под стать заведению. Весь какой-то помятый, небритый, в сильно поношенном и явно давно не стиранном плаще. Глаза его были усталыми, лицо носило недвусмысленный отпечаток бурно проведенной ночи, а под ногтями темнели узкие полоски грязи. Он сидел на жесткой длинной скамье, за грязным, заплеванным столом. Перед ним стояла полупустая кружка, наполненная чем-то мутным и не очень приятным на запах.
В комнате, кроме Принца, никого не было. Невыносимо пахло потом и конским навозом - стойло для лошадей находилось тут же, в углу у входа, не отделенное от обеденного зала даже видимостью перегородки. В стойле стоял белый конь и, склонившись над яслями, флегматично жевал сено.
Принц разговаривал с Конем, периодически прикладываясь к кружке.
- Ты знаешь, - говорил он, - как мне надоела эта идиотская жизнь? Все эти заискивающие взгляды и вымученные улыбки, все эти селяне, трепетно внимающие каждому моему слову, поминутно заглядывающие мне в рот - а у меня там, между прочим, нет ничего такого особенного - разве что четыре гнилых зуба, географический язык и запах перегара! Нет, ты скажи мне, разве для этого я родился на свет?
- А чего ты хотел? - лениво отвечал ему Конь, - Ты же сам выбрал свою судьбу, никто тебя насильно в принцы не тянул. Это твоя жизнь - другой у тебя нету.
- Да разве ж это жизнь? - возмущался Принц - Какой во всем этом смысл? Посуди сам, ну какой из меня принц? Мотаюсь по дорогам день и ночь, безо всякой цели, и везде - одно и то же! Нет, я хочу настоящей жизни! Подвигов, приключений, рукоплещущих поклонников и восторженных поклонниц, славы, фанфар, сияющих доспехов и поверженных врагов!
- К слову, о доспехах, - заметил Конь, - ты же опять вчера их пропил. Я уже и не говорю про щит, который ты пропил две недели назад, и про меч, который я уже и вовсе не упомню, был ли он у тебя когда-нибудь - так давно ты его пропил... И что ты теперь будешь делать? Пропьешь мою сбрую? Или и меня заодно?
- А что, неплохая идея... - угрюмо буркнул Принц себе под нос, - хоть мораль читать никто не будет...
- Ты что-то сказал? - поинтересовался Конь.
- Тебе показалось.
- Нет, мне кажется, я что-то слышал...
- Я же говорю... аааай! Пошло к черту, мерзкое насекомое!
Комар вился вокруг Принца.
- Слышь, Принц, - прожужжал он, - дело есть! Слушай сюда!
- Что?! - заорал Принц, - да кто это говорит?
- У тебя белая горячка, - уверенно заявил Конь.
- Да это я! Я! Комар!
- И у меня тоже, - удрученно констатировал Конь.
- Ни хера уже не понимаю, - признался Принц.
- Слушай сюда. Я могу сделать тебе такое предложение, от которого ты не сможешь отказаться...
- Замуж за него выйдешь, что ли? - заржал в углу Конь.

- По-моему, это стоит обдумать, - заявил Конь.
- Я одного не пойму, - заявил Принц, - на хрена мне-то это все сдалось? Рисковать своей - и твоей, Конь, между прочим, - задницей - и все ради чего? Ради сомнительного качества принцессы, которая и живет-то в жопе какой-то и царства, которое достанется мне после смерти алкоголика-тестя? Царства, состоящего из пятисот грядок отборнейшей брюссельской капусты? Вот уж воистину, великая честь!
- Ну ты же сам мечтал о приключениях, - философски заметил Конь.
- Вот-вот, - подтвердил Комар, - кроме того - ну сам подумай - сколько можно по свету шарашиться, словно перекати-поле? Пора бы тебе уже, Принц, и о семье подумать. А тут завидная партия намечается, не придерешься. Всего-то делов - дракона-антагониста пришибить. Какая-никакая, а все-таки Принцесса... ну а то, что еб... заколдованная немножко, так на то ты и Принц - расколдуешь.
- Думаешь, я умею? - скептически спросил Принц.
- Да не переживай, - утешил его Комар, - сама как-нибудь расколдуется. Сюжет того требует.
- Да не, я вообще-то про Дракона.
- А, это... Ну ничего, справишься как-нибудь.
- Очень оптимистическое заявление, - проворчал Конь.
- Что? - спросил его Принц.
- Ничего, - ответил Конь, опустив взгляд.
- Ну хорошо, - согласился Принц, - когда надо выезжать?

- Ой, йоптвою... - тихонько прошептала Принцесса, выглянув в окно,- принц едет... а я ведь даже накраситься еще не успела... - и пулей помчалась в спальню, где среди подушек, взбитых перин и прочего хлама обреталась у нее поразительных размеров косметичка, доставшаяся ей по наследству от матери-королевы.

- Какой подозрительный лес, - тихонько произнес Принц, озираясь.
- Да ничего подозрительного, лес как лес, - фыркнул Конь, - погоди раньше времени бояться.
- А что это вон там шевелится?
- По-моему, енот, - не очень уверенно произнес Конь, - только странный он какой-то.
- Да? И что он там делает?
- Знаешь, я предпочитаю этого не знать.
- Брр... - поежился Принц, - зябко тут как-то. И пахнет неприятно. И замок этот мне совершенно не нравится.
- Ты это, давай... хватит головой вертеть, двигаться уже давай. А то замерзнем тут на фиг, да так и падем смертью храбрых в неравной битве с силами природы.
- Комар говорил что-то о Драконе. Где-то здесь должен быть Дракон, - робко произнес Принц, вглядываясь в глубь леса, - что-то все это как-то подозрительно...
- Мне тоже это все не нравится, - проворчал Конь, - ты бы это, слез уже с меня... сил никаких нет тебя носить.
- Много ты понимаешь! Несолидно это будет!
Вдруг в кустах что-то зашуршало и оттуда показалась оскаленная драконья морда.
- Здрраааасьте, - ехидно произнесла морда, обдав Принца едким запахом серы.
- Здраствуйте, - вежливо произнес Конь.
- Ух ты ни хуя себе, - испуганно выдохнул Принц.
Меж тем, из кустов появился уже и весь Дракон. Критическим взором оглядел обоих, усмехнулся, расправил крылья, вытянулся во весь рост и угрожающей громадой навис над Принцем.
- Ну, - смеясь произнес он, - и что ты теперь собираешься делать?
- Да, - подхватил Конь, искоса глядя на Принца снизу вверх, - мне вот тоже интересно - что ты теперь собираешься делать?
Принц тем временем испуганно пытался нашарить за спиной меч, напрочь забыв о том, что никакого меча уже очень давно нет.
- Давай сражаться! - воскликнул Принц, пытаясь придать своему голосу как можно больше уверенности.
Голос его от испуга сорвался в фальцет и получилось совсем не страшно.
- Хе-хе, ты что же это, Прынц, - взревел вдруг Дракон над самым его ухом, - думал, в сказку попал?! Так в сказке бы тебя уже давно драконы выебали!
От этой зловещей перспективы, обрисованной в очень емкой, лаконичной и доступной форме, Принцу стало как-то не по себе.
- Может быть, тебе конь сойдет? - робко поинтересовался он, - у него задница тоже ничего...
- Что?!?!?! - возмутился Конь, - да пошел ты на хрен, пидорасина! Да я, если хочешь знать, сам тебя сейчас в задницу отымею! И не посмотрю на то, что ты там якобы мой хозяин!
Дракон громогласно заржал.
- Не ссы в трусы, Прынц! - заорал он, - твоя задница не интересует меня ни в малейшей степени, это уж ты со своим конем разбирайся, кто куда, когда, кого и сколько раз имел! Что же касается постыдных актов зоофилии, то с этим ко мне вообще не обращайся - а то еще и разозлюсь, чего доброго! И вообще - я добрый пацыфыст и вегетарианец! А если тебя интересует, как попасть к принцессе, то это я тебе мигом подскажу! Мне, если хочешь знать, эта моя дурацкая роль вообще поперек глотки стоит! И если бы не золото, то фиг бы я на нее подписался!
- Да вообще-то не очень интересует, - уныло произнес Принц, ковыряя носком сапога землю, - но, вроде бы как, надо... ну а раз надо, значит надо... Я же все понимаю. Сюжет того требует.

- Это что еще за дебила ты мне привел?! - возмущенно воскликнула Принцесса.
Принц смущенно переминался с ноги на ногу, краснел, потел и не знал, куда девать взгляд от стыда.
- Ну как... - замялся Комар, - это - Принц, как мы с тобой и договаривались...
- Да это чучело огородное, а не Принц! - вскричала Принцесса, - эй, чучело, я к тебе обращаюсь! А где твой белый конь?
- Да вон он, - испуганно промямлил Принц, неопределенно махнув головой куда-то во сторону, - из-за двери выглядывает...
Конь, заинтересованно просунувший голову в приоткрытую дверь, едва успел увернуться от полетевшего в него тяжелого веретена и возмущенно заржал.
- Пшел вон, животное! - яростно завопила Принцесса, - коням не место в королевской спальне!
- А где дракон? - вопила Принцесса, - что ты сделал с Драконом?
- Да ничего я с ним не делал, - Принц вжал голову в плечи, - под лестницей он сидит.
- Что?! Под лестницей?!?! Почему ты его не убил?! Ты кто, вообще, принц?! Или чмо болотное?

- А характер-то у нее скверный, - тихонько сказал Конь Дракону, высунувшему голову из-под парадной лестницы.
- А то! - хмыкнул Дракон, - сразу видно, еб... заколдованная во всю голову.
- Ты говорить-то вообще умеешь? - доносился сверху визглявый голос Принцессы.

- Все пошло прахом. Дракон жив и теперь нам придется ему платить! - прошипела Принцесса Комару так, чтобы Принц не услышал.
- Я так и знал - этим вегетарианцам ничего нельзя доверять! Ну, ничего, это даже к лучшему. Все под контролем, госпожа. Дракон не выполнил условий договора. Он даже не попытался напасть. Мы можем расторгнуть контракт, - осторожно звенел над ее ухом Комар, - а вы это... не очень усердствуйте до свадьбы, все-таки. Он ведь может и обидеться...
- Кто, дракон?
- Да нет... причем здесь дракон... принц...

- Ну хорошо, - бросила Принцесса вконец перепуганному и присмиревшему Принцу, - принц ты, конечно, тот еще... ну ничего, калеки тоже люди... Все. Идем в загс.
- Что, прямо сейчас?! - обалдело уставился на нее Принц.
- А ты как хотел? Ты вообще что о себе думаешь? Да ты хоть можешь себе представить, как долго я ждала этого момента? А ты - где ты все время шлялся? И ты еще спрашиваешь меня - сейчас?!
Принц испуганно кивнул. Происходящее нравилось ему все меньше и меньше, но спорить было не в его силах. Поделать он ничего не мог.

- Я хотел бы получить обещанное мне золото. И чем быстрее, тем лучше! - заметил Дракон, высунувший из-под лестницы морду.
- Что?! О чем ты говоришь? - возмущенно воскликнула Принцесса, - какое еще золото? Ты что, разве выполнил свое обещание?
- Бля, да вы что, ох... - попытался было возмутиться Дракон, но Принцесса перебила его:
- Выбирай выражения, когда разговариваешь с особой королевских кровей! Дорогой, скажи ему!
- Она права, - вытолкнул из себя Принц, заливаясь краской и не отрывая взор от пола. Ему было очень стыдно.
- Да я вас всех... - Дракон даже задохнулся от возмущения.
- Да что ты нам сделаешь? Ты же пацифист! Да ты только когтем шевельни - знаешь, как мы об этом раструбим через свои королевские СМИ на все королевство? Плакал тогда твой имидж! Вовек не отмоешься!
Взгляд Дракона испуганно метался - он глядел то на Принца, то на Комара, то на Коня, словно ища у них поддержки.
- Да как же так... да как же это можно... да что же вы такое творите, су... - причитал Дракон.
- Но-но! - произнесла Принцесса, - еще раз повторяю - выбирай выражения! Впрочем, в знак особой королевской милости могу предложить тебе место главного королевского глашатая! И советую тебе хорошо подумать над этим предложением!
Ошарашенный Дракон молчал.
- Кстати, дорогой, а что это здесь конь ошивается? Его место в конюшне, а не на парадной лестнице! - обернулась Принцесса к Принцу.
- Но... но... но он мой друг, - робко попытался возразить тот.
- Дорогой, - металлическим голосом произнесла Принцесса, - тебе пора бы уже привыкнуть к тому, что у тебя теперь только один друг. И этот друг - я. А место животным - в конюшне!
Принц отвел глаза.

- Взззз... - прозвенел довольный Комар, усаживаясь Принцессе на руку.
- Тьфу, черт, - произнесла она брезгливо, размазывая по коже буро-красный след, - спасения никакого нет от этих насекомых. Давно пора сказать завхозу, чтобы завез какое-нибудь средство от комаров.

- Ты знаешь, у меня такое чувство, что меня опять наебали, - грустно сказал Конь Дракону.
- Нет, все это так унизительно... - прошипел Дракон, - вообще дурацкая какая-то сказка. В ней вообще всех наебали, такое у меня ощущение. Скажи мне, ну почему всегда вот так происходит, а?
- Не знаю... Быть может, каждый всегда получает то, чего хочет? - философски заметил Конь.
- Да уж... нет ничего страшнее, чем исполнение твоей самой заветной мечты...
- Давай уйдем из этого дурацкого замка, - предложил Конь, - сил моих нет здесь больше здесь находиться.
- Давай, - согласился Дракон, - а куда мы пойдем?
- Куда-нибудь, - вздохнул Конь, - лишь бы подальше отсюда...
И они двинулись прочь, через заколдованный лес, по тропинке, едва хранящей жалкие следы былого величия, через капустные поля, к багровому горизонту - вслед заходящему солнцу.

На быстро темнеющее небо карабкались облака. Одна за другой, осторожно и неторопливо, зажигались звезды. В камышах гудел ветер - пахло водой и совсем чуть-чуть - тиной. Тихо пела свою бесконечную песню река.
С чуть слышным жужжанием огненной стрелой по небосводу пронесся метеорит - оставляя за собой неровный, словно качающийся, светящийся след...
Дракон повернул голову к Коню. Тот стоял, устремив взгляд вверх и чуть слышно, одними губами, что-то шептал... В глазах его стояли слезы.

_________________
Изображение Мазератти?

  Профиль  
  
    
#3  Сообщение 09.12.15, 19:49  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 04.10.2014
Сообщения: 1254
Откуда: дровишки? травишка? из лесу, вестимо
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО СУСЛИКА
К слову, о пикирующих с небес Сусликах.

Однажды стадо кенгуру, живущих под горой Фудзияма, решило устроить экзистенциальную провокацию. Думаю, вам не нужно объяснять, что такое экзистенциальная провокация в исполнении японских кенгуру. Блин, вернее, я искренне надеюсь, что вам не нужно объяснять, что такое экзистенциальная провокация в исполнении японских кенгуру. Ведь даже если вам совершенно необходимо узнать, что же такое экзистенциальная провокация в исполнении японских кенгуру, то по целому ряду причин я все равно не смогу вам этого объяснить. Во-первых, кенгуру в Японии не водятся. Во-вторых, я никогда в Японии не был. В-третьих... одним словом, я не знаю, что такое экзистенциальная провокация в исполнении стада кенгуру, живущих под горой Фудзияма. Если уж на то пошло, то я вообще не знаю, что это такое - "экзистенциальная провокация".

Тем не менее, стадо кенгуру, живущих под горой Фудзияма, несмотря на тотальное общественное неведение относительно конкретных методов и сущности экзистенциальной провокации, решило все-таки ее устроить.

Объектом для экзистенциальной провокации был избран, по всей видимости, великий волшебник Малах Ге-Мавет, поскольку был он в этот день не в форме (выражаясь более конкретным и живым языком - в очередной раз перебрал и прикинулся стадом кенгуру, поднимающихся на гору Фудзияма). В свою очередь, стадо кенгуру, воспользовавшись моментом, прикинулось самим великим волшебником - и, следовательно, тоже оказалось не вполне в форме.

К вопросу о форме. С формой в тот день творилось вообще нечто невероятное (самое удачное время для выполнения экзистенциальных провокаций, следует отметить). Посудите сами.

Волк, например, накануне ставил в высшей степени дзен-буддийские опыты мистического самоопьянения под идейным (хоть и дистанционным) руководством товарища Судзуки (кстати, главного друга японских кенгуру). И поэтому он с самого утра мучился вполне экзистенциальным состоянием мистического самопохмелья (как мы уже упоминали, Волк отождествлял это состояние с христианством). Так что заявление "Волк в форме" в тот день не только не соответствовало действительности, но было еще и в высшей степени опрометчивым.

Бобер же принимал в вышеупомянутых процедурах Волка самое горячее и непосредственное участие. И поэтому был совсем не в форме. Нет, христианство его с утра не мучило - зато Бобер страдал от огромной шишки на лбу и ужасающих размеров синяка под (третьим, очевидно) глазом. Все это могло свидетельствовать лишь об одном - Волк вчера находился в весьма опасной близости от просветления.

Лось (последний раз напомню вам - живая инкарнация Исаака Ньютона - других Лосей в Лесу попросту не было) был вынужден на время прервать свои размышления о летающих яблоках и катающихся шарах. Накануне он столкнулся с довольно интересным феноменом, который он сам окрестил "фестивалем летающих кедров". (Местные дровосеки называли это явление несколько проще и не столь высокопарно - "лесозаготовка"). Чудом уцелев в отчаянной борьбе с силами гравитации, Лось находился в состоянии, весьма и весьма далеком от своей обычной формы.

Барсук упал с дерева, наблюдая (в своей обычной манере) за попытками Медведя усесться в позу торжественного Лотоса. Поэтому он был вынужден уединиться в своей норе и не показывать носа наружу, так как вывихнутая челюсть здорово мешала поддерживать ему свою традиционную (в плане смеха) форму.

Хорьку почему-то не спалось. Он с понурым видом шатался меж деревьев и совершенно не знал, чем ему заняться, поскольку не привык к состоянию бодрствования длиной более чем три минуты.

Одному только ясеню Игдразиль, как назло, приспичило быть в форме (а не прикидываться, по своему обыкновению, покосившейся старой елкой) именно в этот самый день.

Так вот. В качестве инструмента для экзистенциальной провокации стадо кенгуру, живущих под горой Фудзияма и прикинувшихся великим волшебником Малахом Ге-Маветом, в тот день выбрали именно ясень Игдразиль. Они (или он? если вспомнить тот факт, что стадо кенгуру прикинулось Малахом Ге-Маветом в единственном числе) отправились сотрясать небесные устои, пользуясь его (ясеня) стволом как лестницей. И, надо сказать, совершенно неизвестно чем бы все это безобразие закончилось (сами понимаете, закончиться оно могло чем угодно, и, вероятнее всего, чем-нибудь до невероятия омерзительным и в высшей степени плачевным) если бы в тот самый миг, когда стадо кенгуру добралось аккурат до середины небесного свода (не упускайте из виду тот факт, что ясень Игдразиль, когда был в форме, высоту имел практически бесконечную) на арену не приспичило выйти стаду пикирующих Сусликов. Нет, я понимаю, что стадо кенгуру, живущих под горой Фудзияма, Сусликов не боялось. Зато Сусликов до невероятия боялся Малах Ге-Мавет, который как раз в этот момент, прикинувшись стадом японских кенгуру, подбирался уже к самой вершине горы Фудзияма. Надо ж было случиться такому, что именно вершина этой горы была избрана Сусликами в качестве объекта для пикирования (впрочем, ничего случайного не бывает и Суслики всегда все делают в нужное им время и в нужном им месте - так уж мир устроен).

Естественно, великий волшебник Малах Ге-Мавет, увидев, какие дела вокруг творятся, мгновенно протрезвел, и, как того и следовало ожидать, пришел в свою собственную форму, а стадом кенгуру прикидываться перестал. Это повлекло за собой целую цепь необратимых (но весьма интересных с точки зрения постороннего наблюдателя) событий.

Стадо кенгуру, шокированное таким внезапным и вероломным возвращением Малаха Ге-Мавета к собственной форме, вынуждено было прекратить свои грязные попытки экзистенциально спровоцировать действительность и вернуться обратно в Японию.

Волк обнаружил под одним из буков пивную заначку Бобра, чему несказанно обрадовался и от христианской мрачно-эсхатологической парадигмы отошел. Бобер, увидев такое бесцеремонное обращение с недельными запасами собственного пива, пришел в неописуемую ярость (понятно, конечно, что состояние ярости не пристало дзен-буддисту, но как бы вы отреагировали на месте Бобра, а?) Он тут же забыл о синяках под третьим глазом, невероятных размеров шишках и прочей дребедени и, яростно крича, приступил к своему обычному занятию - практическому упражнению в коанах на пару с Волком. (Судзуки и не подозревал). Одним словом, с вопросом формы о Волка с Бобром наступила долгожданная, полная и окончательная ясность.

Лось, придя в себя от шока, включил в свой обычный монолог в качестве примечания закон о действии, которое всегда равно противодействию (ну, вы его знаете) - только вот почему-то падающим кедрам этот закон был до фени.

Медведь что-то напутал в самопозицонировании и вместо позы торжественного Лотоса принял позу Обреченного Кактуса, в результате чего упал и проломил крышу в норе Барсука, попутно одной из спутавшихся лап вправив хозяину на место вывихнутую челюсть. Хохот Барсука был просто неописуем.

А Хорек уснул, и ему приснилось, что он стал пылью на босых подошвах Марии Магдалины.

И только старая покосившаяся елка торчала над всем этим безобразием. Ясень Игдразиль, как всегда, был не в форме.

[Необходимая приписка к "Хронике Пикирующего Суслика"]
Кстати, не уверен, что экзистенциальная провокация не удалась. Кто их знает, этих кенгуру, проживающих под горой Фудзияма, что именно они имели в виду...

_________________
Изображение Мазератти?

  Профиль  
  
    
#4  Сообщение 11.12.15, 16:44  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 04.10.2014
Сообщения: 1254
Откуда: дровишки? травишка? из лесу, вестимо
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
САГА О ХРЕНВАЛЬДЕ РАССЕЯНОМ

По мотивам взрослого осмысления детского восприятия скандинавского эпоса

Ярко пылает огонь в камине трапезного зала, веселит лихие сердца добрый эль с китовым жиром - широко гуляет молодой конунг Ямбольд Безпохмельный.

Удачным был последний поход! И золота много взял отважный конунг - будет чем наградить храбрую дружину! Потом.. как-нибудь.. в разумных пределах.. И дев румяных заполонил довольно - будет знатная прислуга для верных жен удалых викингов! Днем, стало быть.. а ночью, понятно.. ну, и так понятно.. И нежного мяса молодой нерпы немерено есть теперь у конунга - на всю зиму хватит! Теща прислала.. но тоже, своего рода, добыча.. люто воевал когда-то, тогда еще молодую, тещу тогда еще юный, в будущем - конунг...

- Скальда позовите! - велит отважный Ямбольд, - О делах чудных да воинах храбрых пусть поведает нам!

И ведает скальд о том, как в стародавние времена жил отважный викинг Хренвальд, по прозвищу Рассеяный...

***
Однажды, морозной зимой возвращаясь из фьорда, после купания, увидел отважный Хренвальд Рассеяный прекрасную Сонкильду по прозвищу Златодланная. И так хороша была северная дева, что даже приблудный норвежец Ильде Бремокрандуизольсен, которого пять лет тому задрал свирепый белый медведь, не удержался и присвистнул от восхищения. Нет, не сейчас - давно. Утверждают, что на этот свист и пришел свирепый белый медведь, и задрал норвежца. А за это Сонкильда задрала свирепого белого медведя. Но отважный Хренвальд не знал этой истории. Или просто забыл. Он пошел прямо к прекрасной деве и сказал:
- Пойдем, я провожу тебя до дома! Здесь опасно, может придти свирепый белый медведь! Где ты живешь, прекрасная Сонкильда? И как тебя зовут?
- Опять все забыл! - всплеснула руками прекрасная Сонкильда и от этого движения на побережье Калифорнии без штормового предупреждения обрушился сокрушительный ураган Лёвочка, превративший цветущий штат в пустыню, сорок лет в диаметре, по которой одиноко слонялся свирепый варвар.. бывший губернатор. Но отважный Хренвальд не знал о существовании штата Калифорния, а уж тем более - о древнем народе Книги, поэтому совсем не рассмеялся и даже не обратил на жест прекрасной девы никакого внимания, - Хорошо же, отважный викинг! Проводи меня.

Но на пороге дома прекрасной Сонкильды увидел отважный Хренвальд храброго Редькерда по прозванию Неугомонный. И понял Хренвальд, что прекрасная Сонкильда замужем. А может, вспомнил. Но тут же почувствовал, что хочет прекрасную деву себе в жены и так сказал ей:
- Постой тут, прекрасная Сонкильда! Пусть я даже не знаю твоего имени, но уже люблю тебя столь сильно, что вон тот храбрый викинг не может больше оставаться твоим мужем!

С этими словами, словно пушинку, выхватил отважный Хренвальд Рассеяный свой верный стопятидесятикилограммовый меч и бросился на храброго Редькерда Неугомонного, и могучим ударом отсек тому левую ногу! Но храбрый Редькерд не растерялся, поставил обрубок ноги на пень и сложил такую вису:

Уместен пенёк,
Раз ногУ отрубили!
Да.. а в чем дело?!

- Это не виса, Локи тебя побери! - возмутился отважный Хренвальд.
- А что же это? - ехидно поинтересовался храбрый Редькерд, - Скажешь, хокку?
- Нет, танка! - обиженно взревел Хренвальд Рассеяный и могучим ударом отрубил храброму Редькерду правую ногу.

Но храбрый Редькерд не растерялся, поставил обрубок ноги на другой пенёк и сложил такую вису:

Вот стою на пнях ,
Вытекает кровь на снег,
Так и не узнал,
Что за дело у тебя
Сейчас ко мне?

- Это тоже не виса, затопчи тебя Квасир! - возмутился отважный Хренвальд.
- А что же это? - ехидно поинтересовался храбрый Редькерд, - Скажешь, танка?
- Нет.. - взревел было Хренвальд Рассеяный, но забыл, что там у японцев еще есть, поэтому просто могучим ударом отрубил храброму Редькерду правую руку.

Но храбрый Редькерд не растерялся, уперся обрубком руки в стену дома и, понимая, что сложить такую вису, которая была бы именно висой, он не в состоянии, взамен сделал обрубком правой ноги неприличный жест в сторону отважного Хренвальда Рассеяного. Будучи подвержен такому позору, отважный Хренвальд снова взмахнул мечом - и отсек храброму Редькерду левую руку! Да так могуче, что рука отлетела на целых пятьсот шагов и, падая, насмерть пришибла вышедшего на шум битвы сына свирепого белого медведя, задранного прекрасной Сонкильдой. Отважный же Хренвальд от пережитого позора превратился в берсерка и толкнул храброго Редькерда ниже пояса, и еще плюнул вдогонку. А храбрый Редькерд, потеряв опору, рухнул на землю и грязно выругался.

Услышав такое отвратительное ругательство, прекрасная Сонкильда упала в обморок от отвращения, а отважный Хренвальд пришел в еще большее бешенство, разгрыз в пыль свой щит и, подскочив к храброму Редькерду, одним ударом отрубил тому голову!

- Я умираю! - прохрипел храбрый Редькерд, - Ухожу в Вальгаллу! Встретимся там, отважный Хренвальд! Тебе каких валькирий, кстати, подогнать? Блондинок или рыженьких?

Услышав такое, благородный отважный Хренвальд не поленился и прошел целых пятьсот шагов, чтобы, согласно традиции, вложить меч в руку умирающего викинга. Потом он вернулся на место сражения, посмотрел на храброго Редькерда и сказал:
- Придется мне выплатить прекрасной Сонкильде достойную виру! Ее муж был доблестным воином!
С этими словами он оставил храброго Редькерда умирать, а сам направился к прекрасной Сонкильде.

Прекрасная Сонкильда сразу же пришла в сознание от таких слов и согласилась принять виру в пять тысяч условных Перин Дракона. Предпочтительно - зеленых. И тут же отправила всю виру на хранение своему троюродному дяде, швейцарскому конунгу.
- А теперь будь моей женой! - сказал ей отважный Хренвальд.
- Но я и так твоя жена! - ответила прекрасная Сонкильда, - И мы женаты уже трижды по три зимы. Входи же в дом - и тебе, и детям давно пора обедать!
- Тогда почему же ты приняла виру за какого-то бродягу?! - возмутился отважный Хренвальд и неожиданно вспомнил, что таки знает кое-что о древнем народе Книги, - Я тебе, между прочим, не барон Ротшильд! Или же ты знала храброго Редькерда как не должно замужней женщине?!
Но мудрая Сонкильда быстро успокоила отважного Хренвальда, сказав ему:
- Клянусь Брисингамёном, Редькерд Хренвальда не слаще! А Вальгалла еще тебя подождет.

И надулся от гордости отважный Хренвальд Рассеяный и даже не стал переспрашивать, что такое это "вальгаллище", которое его подождет. Нет, он вроде даже знал когда-то... но забыл. Вошел он в дом и сразу же сел обедать. Нежный вкус свежего рагу смутно напомнил ему, что у свирепого белого медведя, которого задрала прекрасная Сонкильда, вполне мог быть не только сын, но и внук...

***
Поднимают кубки за отважного Хренвальда Рассеяного славные викинги и пьют также за здоровье могучего конунга.
- Веди нас в новый поход, тан Ямбольд! - кричат викинги.
- Я посоветуюсь с богом войны! - отвечает им конунг. И поднимается он со скамьи и уходит в опочивальню.
- С самими Одином говорить будет! - уважительно шепчут викинги.

И вот раздается страшный гул - словно сам Слейпнир двинул всеми восьмью копытами прямо в лоб отважному конунгу. И доносится из опочивальни громоподобный голос жены конунга, Ядвиги Тяжкодланной:
- Я тебе покажу "На драккар по делу срочно"! Я тебе покажу "каникулы в Славии"! Я тебе устрою "новых прислужниц для любимой супруги, а то эти слишком консервативные"!

- Плохой знак... Отец Дружин не хочет нового похода.. - грустно шепчут викинги...

--------- ( С )

_________________
Изображение Мазератти?

  Профиль  
  
    
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 4 ] 





Рейтинг@Mail.ru яндекс.ћетрика

[ Time : 0.461s | 19 Queries | GZIP : On ]