Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 33 ]  Стрaница 1, 2  След.
Автор
#1  Сообщение 06.09.14, 22:30  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 773
Благодарил (а): 21 раз.
Поблагодарили: 28 раз.
Цитата:
Я пишу это и чувствую себя ужасно одиноко. Ужасающе! Потому что я давно не слышу тех, с кем был бы согласен.
Какое счастье, что я, наконец, нашла того, с кем я совершенно согласна. И уже не так одиноко.
Гришковец. 3 сентября

  Профиль  
  
    
#2  Сообщение 06.09.14, 22:55  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 27.08.2014
Сообщения: 1053
Откуда: Крым
Благодарил (а): 12 раз.
Поблагодарили: 13 раз.
Россия
Ты нашла себе Грешковца?

  Профиль  
  
    
#3  Сообщение 06.09.14, 22:58  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 27.08.2014
Сообщения: 1053
Откуда: Крым
Благодарил (а): 12 раз.
Поблагодарили: 13 раз.
Россия
Просмотрел тезисно.
Не согласен с Грешковцом.Передёргивает, бездельник.

  Профиль  
  
    
#4  Сообщение 06.09.14, 23:01  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 773
Благодарил (а): 21 раз.
Поблагодарили: 28 раз.
я с ним давно живу :) Но раньше не была так одинока.

  Профиль  
  
    
#5  Сообщение 06.09.14, 23:04  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 773
Благодарил (а): 21 раз.
Поблагодарили: 28 раз.
Салекс писал(а):
Просмотрел тезисно.
Не согласен с Грешковцом.Передёргивает, бездельник.

Ну, на самом деле кое-что я тоже вижу иначе. Просто приятно знать, что есть еще кто-то, кто видит мир не двухцветным.

  Профиль  
  
    
#6  Сообщение 06.09.14, 23:07  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 27.08.2014
Сообщения: 1053
Откуда: Крым
Благодарил (а): 12 раз.
Поблагодарили: 13 раз.
Россия
Конечно же мир не двуцветен.
Но!

  Профиль  
  
    
#7  Сообщение 06.09.14, 23:09  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 27.08.2014
Сообщения: 1053
Откуда: Крым
Благодарил (а): 12 раз.
Поблагодарили: 13 раз.
Россия
Я думаю, что всё в Украине кончится гораздо хуже, чем тогда для России с Чечнёй. Я почему-то думаю, что третьего Майдана не будет, хотя о нём много разговоров. Думаю, что Майдан себя исчерпал, как инструмент народного волеизъявления. С нынешней властью никто так церемониться не будет, чтобы два с половиной месяца стоять в холода на Майдане. Я думаю, что нынешняя украинская власть будет сметена своими же измотанными, обманутыми и отчаявшимися войсками. Я в этом не уверен. Я это не предрекаю. Я так думаю.

А я думаю, что ещё парочка майданов должна быть.

  Профиль  
  
    
#8  Сообщение 07.09.14, 00:22  
Участник

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 1498
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
конфуций, говорят, не оставил после себя письменных трудов, а занимался только тем, что перерабатывал старые тексты называя вещи своими именами.
и вот мне кажется, шо мир подошел к моменту появления нового конфуция
человека, который просто напомнит смысл слов и понятий
мдя

но это точно не будет Грешковец, если че )

  Профиль  
  
    
#9  Сообщение 07.09.14, 00:27  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 773
Благодарил (а): 21 раз.
Поблагодарили: 28 раз.
Да, вот тут я тоже не согласна. Но думаю, что, наоборот, никто никого не сметет и майданов больше не будет.
Впрочем, это уже политика. А я о мировоззрении в целом: обмельчали людишки, только сиюминутным заняты, на деталях зациклены, непримиримость какая-то во всем.

  Профиль  
  
    
#10  Сообщение 07.09.14, 00:28  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 773
Благодарил (а): 21 раз.
Поблагодарили: 28 раз.
Tom2k6 писал(а):
человека, который просто напомнит смысл слов и понятий
но это точно не будет Грешковец, если че )

Почему нет?
А кто?

  Профиль  
  
    
#11  Сообщение 07.09.14, 00:51  
Участник

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 1498
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Вега писал(а):
Tom2k6 писал(а):
человека, который просто напомнит смысл слов и понятий
но это точно не будет Грешковец, если че )

Почему нет?
А кто?

кто - не знаю
сам жду )

а почему...
ну вот например
Я думаю, что то, что происходит сейчас – это страшная катастрофа, причины которой коренятся очень глубоко в истории, а последствия будут такими тяжёлыми и неизбывными, что и представить сейчас нельзя.

В том смысле, что настоящее всегда есть результат исторического развития он конечно прав. Но ведь настоящее это одновременно и результат нашего представления о будущем. Наших представлений о том что должно быть. Эта вторая сторона настоящего, непрошлое, есть мировоззрение которое определяет действия человека, и эту сторону он полностью опускает в дальнейшем тексте. Причем все еще хитрее... наше представление о будущем тоже сформировалось в прошлом...
И вот боюсь, что пока это все не будет убедительно разложено по полочкам...
В общем он апеллирует у чувствам, а мы все ждем мудреца...

  Профиль  
  
    
#12  Сообщение 07.09.14, 07:26  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 840
Откуда: Бужумбура
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 1 раз.
Nambia
не люблю гришковца. позёр и сноб

  Профиль  
  
    
#13  Сообщение 07.09.14, 07:26  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 840
Откуда: Бужумбура
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 1 раз.
Nambia
upd: а Вегу люблю :roll:

  Профиль  
  
    
#14  Сообщение 07.09.14, 13:31  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 773
Благодарил (а): 21 раз.
Поблагодарили: 28 раз.
Немножко сноб, конечно. А кто из нас не сноб? Но он как раз имеет право на снобизм, в отличие от многих.
Общечеловек в хорошем смысле слова.

  Профиль  
  
    
#15  Сообщение 17.09.14, 14:09  
Завсегдатай
Аватара пользователя

Регистрация: 23.08.2014
Сообщения: 2876
Благодарил (а): 1 раз.
Поблагодарили: 4 раз.
кто-то расшифрует мне, чьто значит "бес в ребро"?
а чьто там, в ребре-то? и в каком?
и каким образом это связано с интересом к молодым или вообще женщинам?
И есть ли еще в какой-нить другой культуре такое бессмысленно тупое высказывание?
========================================================

На другой день говорит Кирикэ:

— Ну, хозяин, верно, больше не станешь спорить? Не сегодня-завтра мой срок выйдет, без меня останешься. Прежде ещё куда ни шло: привык ты один обходиться, но теперь туго тебе придётся, да и хозяйство у тебя стало большое. Что же ты, женишься или нет?

— Право, Кирикэ, не знаю, что тебе и сказать. Вроде и женился бы, подвернись жена подходящая. Но боязно, как бы не взять себе чёрта на голову: с музыкой в дом приведу, а после тыща попов не избавят; выйдет мне тогда это боком!

— Вот, значит, чего ты боишься, хозяин! Ну, раз так, положись на меня; такую я тебе жёнушку отыщу, каких больше в целом свете нет. Потому что женское сердце у меня как на ладони. Скажу, не хвалясь, что знаю я всё их нутро. Ночью во тьме могу невесту тебе выбрать. Для другого не стал бы возиться, хоть бы золотом меня осыпали. Но ради тебя — дело другое. Уж очень хочу тебя человеком сделать, в ряду со всеми. Сам видишь: другие, не лучше тебя, только по этой причине нос задирают. Будто ты жену прокормить не способен.

— Чудной ты какой-то, Кирикэ! С ума человека сводишь своими речами. Вот так свата нашёл я себе! Не знаю, кто тебя в мой дом подослал, но, ей-богу, смышлён ты, ничего не скажешь. Временами стою и думаю, откуда у тебя сила такая? Нет-нет, да и скажу вместе с тем барином: человек ты, чёрт ли, призрак ли, только дело тут не совсем чисто. Однако будь ты хоть кто, а пригодился мне крепко! Но скажи, как мне жену выбирать будешь?

— А вот как, В воскресенье пойдём с тобой в деревню на хоровод. Я с мальчиками в стороне постою, а ты в пляску вступай с девушкой, что приглянется. Я её тоже хорошенечко разгляжу и тебе потом растолкую, какова она есть.

— Это ты, Кирикэ, неплохо придумал. Всё-таки чёртов ты хлопец, ей-богу.

— Что ж, хозяин, по нынешним временам не будь ты с чёртом в ладу — святые одолеют, тоже ведь нехорошо.

Долго ли, коротко ли, а в воскресенье отправились Ипат с Кирикэ в деревню на хоровод. Кирикэ, как мальчишкам положено, на забор взгромоздился, с другими озорниками зубы скалит. А Ипат девушку себе заприметил, рядом с ней в пляску вступает; глазами ест её сверху донизу, снизу доверху; пока хоровод кружится, то руку ей покрепче пожмёт, то на ножку наступит, то… словом, как парню положено. Топ сюда, топ туда! Влюбился Ипат по уши. Кирикэ, конечно, тут как тут. Только вышел Ипат из пляски, говорит ему чёртов хлопчик:

— Вроде раскраснелся ты как-то лицом, хозяин! Уж не по вкусу ли тебе девчонка пришлась?

— Не знаю, Кирикэ, что и сказать. Видно, не в добрый час пришёл ты ко мне. Что ж, давай к делу приступай; хороша девка, вовсе меня приворожила.

— Нет, хозяин, уж если хочешь меня послушать, то с этой не связывайся. И огонь хорош, да крепко подчас обжигает. Ишь ведь девчонка какая, и не улыбнётся. Совсем святая на вид! А от такой вот святоши за одну ночь поседел мой дядя в колодце.

— Как так, Кирикэ?

— Да разве сам не знаешь как?

— Ишь ты, скрытный какой! Щуку скорее из речки выудишь, чем из тебя слово. Я так думаю, Кирикэ, выйдет она за меня и добрее станет…

— Как же! Нет, как друг тебе говорю: три ребра чёртовых у этой девчонки. Конечно, даже у самой лучшей женщины тоже одно такое ребро есть. Вот, значит, найдём хотя бы такую, тогда научу тебя, что делать.

— Ты что же, Кирикэ, всё приставал ко мне, женись да женись, а как только к женитьбе меня разохотил, так и на попятный?

— Хозяин, ты же знаешь, я тебе зла не хочу; слушай меня, не прогадаешь.

Послушался Ипат, и вернулись они домой ни с чем. А дома словно его подменили: работает не работает — думы одолевают; ждёт не дождётся воскресенья.

В воскресенье отправляются оба на хоровод в другое село. Кирикэ, как и в тот раз, с ребятишками держится, а Ипат снова девушку себе заприметил, рядом с нею в пляску вступает; пляшет, заговаривает, а та, плутовка, голову ему кружмя кружит. Видит Ипат, что девушка хоть куда. Хорошо, что Кирикэ неподалёку был и, как вышел Ипат из пляски, говорит ему:

— Хозяин, сдаётся мне, ты и эту взять не прочь. Верно ведь, что она тебе приглянулась?

— Да вроде так, Кирикэ!

— Знай же, что и эта не про нас. Вот ведь какая тихоня на вид, а на деле у неё два ребра чёртовых имеются. Ещё потерпи, хозяин, маленько.

— Да ведь в наше-то время, ей-богу, не знаю, Кирикэ, где такую святую найдём, какую ты ищешь. Я так думаю, как бы не прогадать, ежели долго выбирать будем.

— Да нет, хозяин, положись на меня, уж я знаю, что делаю.

Опять уступил Ипат, и вернулись они вечером домой снова ни с чем. Но уж теперь у Ипата и вовсе работа не клеится, и еда не идёт ему впрок, и сон от него бежит, — словом, из рук вон, ему невмоготу. День-деньской ловит божьих коровок, кладёт себе на руку, приговаривает:

Ах ты, божья коровка!
Полети, в ту сторону,
Где найду себе жену!

Что поделаешь? Заболел парень женитьбой! И ведь как это говорится: когда человек не в себе, подальше держись от него. Как сказано: тлеет огонь в мокрой соломе. Так и с Ипатом — грустит да вздыхает, едва воскресенья дождался.

А когда наступило оно, отправились оба в третье село на хоровод. Как только пришли, вступает Ипат в пляс с дивчиной, у которой глаза, как у бесёнка, сверкают. Научился хитрюга с первого взгляда таких девчат отыскивать, а уж про то, что на сердце у них и чего они стоят, одному Кирикэ, конечно, известно; ибо нет ничего труднее, как человека выбрать! Но Кирикэ был тут же. Что он сделал, никому не известно, но только прикипели у Ипата и у той девчонки сердца одно к другому. Сатана уколол их, как видно. Лишь только вышел Ипат из круга, отводит его Кирикэ в сторону, спрашивает:

— Ну, как, хозяин?

— Да так, Кирикэ! Глаз с неё не спускал, до того мне люба она; ежели не на ней, то ни на ком никогда не женюсь. Довольно ты мне мозги туманил.

— А ведь она, хозяин, подходит, — отвечает Кирикэ. — Правда, есть и у неё одно чёртово ребро; но если жить будем, не умрём, вытащим его.

То-то обрадовался Ипат! Пристал он к девчонке пуще банного листа. То меж собой переглянутся, то словцом перекинутся, то загадкой, то шуткой, то одним, то другим — крепко полюбились друг другу. Не вытерпел Ипат, пошёл к отцу-матери в жёны её просить. Как говорится:

Ты проси меня у мамы.
Коль не даст мамаша дочь —
Украдёшь меня ты в ночь!

Обрадовались родители хорошему человеку, от всего сердца отдают дочку. Через несколько дней сыграли свадьбу, увёз Ипат невесту вместе с приданым домой — и дело с концом! Зажили они в согласии и любви, что два голубя. И говорит однажды Ипат своему слуге:

— Золотая, Кирикэ, у меня жена! Здорово я её выбрал.

— Золотая, хозяин, ничего не скажешь. Но только знаешь пословицу: где тонко, там и рвётся! Ещё посмотрим. Помнишь, говорил я тебе, что и у этой, какая она ни добрая и кроткая, а всё-таки одно ребро чёртово есть, и вынуть его непременно надо, коли хочешь такую жену иметь, чтобы жить с ней до глубокой старости.

— Ну, уж тогда не знаю. Кирикэ, кто на тебя и угодит. Думаю, только чёрт до нутра твоего докопается!

Года не проходит, приносит жена ему сына. А ещё через месяца три наезжает нежданно-негаданно тесть, зовёт обоих на свадьбу жёнина брата. Кирикэ, всё учуяв, как чёрту положено, отводит хозяина в сторону и говорит:

— Хозяин, пусть жена твоя с ребёнком едет, а сам скажи, что вслед за ними выедешь, если будет время, а нет — пускай не обессудят. Дальше как быть, научу тебя после.

Ипат, привыкнув во всём Кирикэ слушаться, говорит тестю:

— Отец, не могу я ехать. Сам видишь, дел у меня по горло. Еле-еле с работником вместе управляюсь. Жена пускай без меня едет. Если время позволит, выберусь и я за ней следом, а нет прошу не гневаться.

Видит тесть, что ничего не поделаешь, забрал жену и ребёнка Ипата, и отправились в путь.

На второй день свадьбы говорит Кирикэ Ипату:

— Хозяин, настало время чёртово ребро у жены твоей вынуть. Живо садись на коня и поезжай на свадьбу. Вот что тебе делать надо, когда на место прибудешь. Рядом с домом тестя твоего стоит хатенка укромная, где старая сводня живёт, искусная-преискусная в своём деле — ну, хитрее ведьмы. Отправляйся прямо к ней, выдай себя за проезжего. В лепёшку разбейся, небо и землю ей обещай, а уговори её жену твою туда заманить. Вот и увидишь, на что бабы способны и чего женская верность стоит.

— Что ты, Кирикэ, что ты! Тут уж я головой поручился бы…

— Не будь ты щедрым таким, хозяин. Прибереги свою голову, она тебе ещё пригодится…

— А не узнают меня там, Кирикэ?

— Нет, хозяин, хоть на свадьбу иди, уж я так сделал, что никто тебя на узнает.

Ипат, желая убедиться во всём, послушался и поехал. Как только до той деревни добрался, завернул к бабе и, заведя речь издалека да обиняками, стал под конец просить её привести к нему в тот же вечер жену Стана такого-то, что в селе таком-то живёт.

Бабка как услыхала, рот ладонью прикрыла, затрясла головой.

— Милый человек, как я могу такое сделать? Тем паче, что муж у неё добрый, и статный, и богатый, и сама она не из тех, что ты думаешь.

Отвязал Ипат от седла флягу с водкой, дал отхлебнуть бабе несколько раз, после кошелёк протянул, битком набитый деньгами, и сказал:

— Если, бабуся, окажешь мне эту услугу, ещё лучше тебя отблагодарю. Будь спокойна, ни одна душа не узнает об этом.

Призадумалась баба, вроде и не охота ей дело делать, но и от кошелька отказаться не хочется. Постояла в раздумье, потом взяла кошелёк и говорит:

— Ни дна тебе, ни покрышки, добрый человек! Известно мне, что такое тоска сердечная, пропади она пропадом!.. Не знаю, право, как дело станет; со стыда сгораю, как подумаю, что явлюсь к этой женщине с такими словами… Но, однако, пойду, посмотрю; удастся — хорошо, а нет — на меня не пеняй; знаешь сам, что нелёгкие это дела и редко мы в них успеваем.

— Уж ты поверь мне, бабуся, если сделаешь дело, за мной не пропадёт.

— Что ж, — говорит бабка, — попытка — не пытка. Кто знает, откуда заяц выскочит! Тем паче, что мужа-то здесь нет.

К вечеру оставляет она гостя одного в хате, а сама на свадьбу идёт, по соседству. Отводит женщину в сторонку, шепчет ей на ухо бог весть что, сулит чудеса разные, совсем ей голову закружила.

— Бабуся, — говорит женщина, — как же нам сделать, чтобы всё хорошо устроить?

— Уж не бог знает, как это трудно, молодка-красотка, — отвечает баба. — Ступай в комнату, где ребёнок твой спит, разбуди его, он тогда плакать начнёт. Потом ущипнёшь его малость, он заорёт вовсю. Отец у тебя сердитый, не вытерпит, велит отнести его к бабке, ко мне, значит. Ты и бери ребёночка вместе с корытцем — и в мою хату. А уж дальше…

Послушалась женщина бабы, делает, что та ей велела, и является вечером к Ипату с младенцем на руках. Не успела войти — и ну хихикать, о свадьбе всякую всячину рассказывать, а мужа не узнаёт, хоть убей!

Напоил Ипат обеих до бесчувствия, вынул младенца из корытца, как его Кирикэ научил, и домой! Кирикэ, завидя его, к воротам выбежал.

— Ну, хозяин, — говорит Кирикэ, — обманул я тебя или нет?

— Нет, Кирикэ, нет. Теперь я сам вижу, что баба сотворить может. Больше ни часу не стану с ней жить. Выгоню её к чёрту, сорную траву!

— Ни-ни, хозяин, не делай такого! Жена у тебя, каких мало. Я-то знаю, кто тут виноват. Пускай сначала она домой вернётся, тогда мы у неё чёртово ребро вынем, и сам увидишь, что за женщина из неё будет.

Между тем очнулись жена Ипата и баба, смотрят — ни гостя, ни младенца. Начали выть, причитать потихоньку, волосы на себе рвать, а что проку? Сунулась баба туда-сюда, может, след какой отыщется — напрасно! Как сквозь землю ребёночек провалился.

— Ой, горе моё, горюшко, — причитает баба. — Нажила себе беду с тобой! Чёрт ли знает, что мне теперь делать!

Тут-то и надоумил её бес.

— Женщина, слышь, другого пути нет, как только кота моего взять, завернуть его в тряпки, уложить в корытце, хату изнутри поджечь и уйти. Когда всю хату пламенем охватит, начнём плакать, кричать: пожар! Покамест люди со свадьбы сбегутся, пока то да сё, хата и рухнет. От кота одни кости останутся. Люди найдут их, подумают, что сгорел ребёнок, — может, всё и обойдётся.

— Правильно говоришь, бабуся, так и сделаем.

— Сделаем, сделаем! А мне-то каково на старости без крова-пристанища остаться?

— Об этом, бабуся милая, не тревожься. Возьму тебя к себе, будешь жить у меня в дому, как у Христа за пазухой. Муж у меня — добрее нету, за родную мать у нас будешь.

Бабе что было делать? Согласилась она. Подпалили хату, а пока люди сбежались, всё в золу обратилось — и хата, и кот, и что ещё в хате было. А те навзрыд плачут, землю слезами обливают, кричат:

— Ой, горе, беда! Ребёночек-то наш в огне сгорел!

Видя, как они волосы на себе рвут, как мечутся, начали все наперебой утешать их. А на другой день тесть Ипата, вне себя от горя, отправляет дочь свою и бабу с одним из батраков к зятю домой. Уже в телеге говорит молодая старой:

— Бабуся, влезай-ка ты в этот мешок, а когда приедем домой, скажу мужу, что от матушки очёски везу на мешки. Это только пока чёртов работник наш не уйдёт, сегодня как раз ему расчёт брать.

Баба не спорит, залезает в мешок. Приезжают домой, оставляют телегу во дворе, а жена Ипата с плачем бежит в хату — рассказать мужу обо всём, что было. А там ни Ипата, ни Кирикэ — никого. Поволокла она тогда вместе с батраком отцовским тот мешок, как могла, на кухню, взвалила на печь, за трубу, и отпустила работника в обратный путь. Не успел он уехать, ан и Ипат тут как тут. При виде его запричитала жена, заголосила:

— Ой, напасть какая, беда какая стряслась, муженёк… Малютки нашего нету больше в живых!

Рассказала она ему всё, как условились с бабой. А Ипат ей в ответ:

— Ничего, жена, будем живы, ещё сподобимся детей иметь. На кого нам пенять? Так уж, верно, господь нам судил!

Пока говорили, глядь, и Кирикэ на пороге с молотком, долотом и щипцами в руках. Хозяйка сразу к нему, со слезами и причитаниями. Выслушал её Кирикэ и говорит:

— Ты разве ей веришь, хозяин? Не слушай её речей. Хватай её, вынем из неё то ребро!

Схватил её Ипат за косы, швырнул на пол и держит крепко. А Кирикэ давай ей с левой стороны рёбра считать: одно, два, три! Как дошёл до четвёртого, приставил долото, молотком стукнул, прихватил щипцами — вытащил ребро. После кожу приложил на место, рану чем-то смазал, так что сразу она затянулись, а потом говорит:

— Вот, хозяин, теперь у тебя не жена, а клад; ты только построже за ней присматривай, ногти у неё время от времени срезай, чтобы ненароком не наставила она тебе рогов.

Тут же сбегал Кирикэ в соседнюю хату, приносит оттуда младенца. Увидела женщина такое — остолбенела, похолодела от страху. А Кирикэ руку поцеловал у Ипата и говорит:

— Ну, хозяин, сегодня три года службы моей исполнилось. Будь здоров и счастлив, а я отправляюсь, откуда пришёл. Только знай, от меня и другим скажи, что служил тебе чёрт полных три года за кусок мамалыги, оставленный на пеньке в лесу, и за дрянную подпорку для Адовой Пятки.

С этими словами схватил он из-за трубы тот мешок с бабой и исчез, будто сквозь землю провалился.

_________________
Когда не знаешь, что искать, то находишь жареные парадоксы.

  Профиль  
  
    
#16  Сообщение 16.11.14, 19:31  
Завсегдатай
Аватара пользователя

Регистрация: 23.08.2014
Сообщения: 2876
Благодарил (а): 1 раз.
Поблагодарили: 4 раз.
Один из любимых приемов фантастов: отправить современного россиянина в некое прошлое — отдаленное или не очень. Не будем давать волю фантазии, заставляя читателя или выдуманного героя разгуливать по улицам Москвы XVII века. Сделаем проще: представим себе, что Московия XVII века существует в данный момент. Что можно пересечь границу, оставив на ней радиотелефон, одежду из нейлона и кожзаменителей, что задумчивый дьяк с бородищей бабахнет на ваш иностранный паспорт огромных размеров печать… И вы, уже на лошадях, поедете в глубь новой для вас страны, познавать ее быт и реалии. Благо, язык ее понятен без переводчика.

Но все же это совсем другой язык…

Мы привыкли считать, что в XVII веке в Московии говорили на русском языке. Так-то оно так, но ни читать, ни писать, ни даже говорить на русском языке XVII века без специальной подготовки мы бы не смогли.

Начать с того, что русский язык XVII века нам все же придется учить: потому что и словарный запас, и грамматика сильно изменились. Не надо считать это «чисто русским» явлением — современные британцы не могут читать в подлиннике Шекспира. Приобщение к жемчужине британской литературы уже не первый век требует перевода на современный английский. Точно так же переводят немцы «Фауста»: а ведь Гете — уже самый конец XVIII столетия.

Даже овладев разговорным языком, выучив его, как иностранный, мы говорили бы с довольно сильным акцентом (а московит XVII века говорил бы с акцентом на современном русском языке). Ведь что такое акцент? Это неумение произносить звуки чужого языка. Человек выучивает, скажем, английский язык и, в общем-то, вполне может на нем объясняться, его понимают. Но простейшие слова «mather» или «father» он произносит так, что все окружающие сразу видят в нем иностранца. Потому что в русском языке нет звука, который передается буквами «th».

Рано или поздно россиянин научится произносить этот звук правильно, почти как природный британец, но для этого ему потребуется немало времени — гораздо больше, чем выучить слова «mather» и «father». Сначала из его гортани будут вырываться вообще непотребные звуки, что-то вроде «мава» и «фава». Но даже очень долго после того, как он научится воспроизводить такой звук, а окружающие (в России) начнут восхищаться его произношением, британцы будут слышать акцент.

Точно так же и мы слышим иностранца даже тогда, когда он-то считает, что все в полном порядке. Стоит заволноваться эстонцу, который получил образование в Москве и ученую степень в Петербурге — и исчезает разница между «п» и «б» в его речи. А общение с грузинами, с которыми вы по-русски обсуждаете профессиональные проблемы, становится еще приятнее и увлекательнее из-за их гортанно-певучего «кавказского» акцента — при том, что они живут в России много лет и их знание грамматики по меньшей степени не хуже, а словарный запас, пожалуй, и побольше моего.

За три века в русском языке исчезло несколько букв — ижица, фита, ер, i, юз большой и юз малый, юз большой йотированный, юз малый йотированный. Ижица, скорее всего, передавала вполне современный звук «и», фита — звук «ф», но в словах греческого происхождения. Но тогда, получается, в русском языке XVII века было несколько звуков «и», потому что была и такая вот буква — «i», и i с двумя точками сверху — как в современном украинском языке, где и правда существует до сих пор несколько звуков «и». И несколько звуков «е».

А буквы ер большой и ер малый передавали два редуцированных звука, о которых вообще нельзя определенно сказать, какими они были.

Даже слова, которые как будто не изменились, произносились порой несколько по-другому. Например, в словах «книжного» происхождения — Господи, благо, благословить, благодать, благодарить, богатый — звук «г» произносился примерно так, как он произносится в современном украинском (ученые называют это «произношение фрикативного «г»). Очень возможно, это следствие влияния ученых киевских монахов-малороссов.

В современном же русском языке есть буквы, отсутствовавшие в XVII веке: я, ю, е, ы.

Исчезновение или появление всех этих букв из алфавита доказывает ровно одно — изменился сам язык. В нем появились звуки, которых не было раньше, а другие звуки исчезли. Сменилась же чуть ли не треть алфавита, без малого.

Русские имена Ульян и Ульяна — память о временах, когда предки не выговаривали звук «ю». Мы-то легко произносим имя Юлиана, упростив его до Юлии… Имя то же самое — но по крайней мере до XVIII века московиты произносили его с акцентом: Улиана, Улия, Уля.

Кроме того, всякий образованный человек в Московии просто не может не владеть церковнославянским языком. С точки зрения людей XVII века, русский язык — это «простая мова», примитивный, мужицкий язык. Нормы этого языка еще толком не устоялись, грамматика неопределенная, и часто слово пишется в нем так, как слышится, как удобно.

Церковнославянский же считается совершенным языком, имеющим строгие, ненарушаемые правила. Это — священный язык, и некоторые договариваются даже до того, что на церковнославянском языке не может быть произнесена ложь. Все «высокое», тем более все священное, должно быть выражено именно на церковнославянском. На этот язык переходят собеседники, как только речь заходит о важном — о государственных делах, проблемах церкви или о привезенных из Малороссии и Польши книгах.

В своей «Русской грамматике» (1696) немецкий ученый В. Лудольф сообщает: «Чем более ученым кто-нибудь хочет казаться, тем больше славянских выражений (в смысле — церковнославянских. — А. Б.) примешивает он к своей речи или в своих писаниях, хотя некоторые и посмеиваются над теми, кто злоупотребляет славянским языком в обычной речи» [61].

Конечно, если «все люди, окончившие школы… на Руси, говорили на «древнеболгарском» (церковнославянском) языке» [62. С. 13], то вовсе не обязательно знали его низы общества — те 99 % населения Московии, которые «гимназиев не кончали». В лучшем случае могли вставить несколько слов, ухваченных в церкви, вырванных из речи образованных людей.

Но и тут, при попытке имитировать речь этих людей, нас подстерегают свои трудности. Дело в том, что в каждой из областей Московии царит свой говор или говорок. На севере, в центре страны, на ее западе говорят на совершенно особых диалектах, и очень часто эти диалекты так расходятся, что уже и непонятно — не особые ли это языки?

Жутковатая и очень полезная нам для понимания языковых проблем история… В 1741 году Елизавета, дочь Петра I, ссылает и заключает свергнутую ею в 1741 году Анну Леопольдовну и ее мужа, Людвига Брауншвейгского, в заточение. Уже коронованного императора Ивана-Иоганна VI (ему не исполнилось и года) отделяют от семьи, и мать и отец никогда его больше не увидят.

Остальную семью содержат в крепости под Архангельском, в полутемном подвале, изолировав от всего внешнего мира, — ведь это семья законного императора! Очень опасные типы…

В заточении у супругов рождается несколько детей… Учить этих детей, возможных претендентов на престол, немецкому языку запрещено. Грамоте — тем более запрещено. Дети учат русский язык от солдат, охраняющих их, а отец (Анна Леопольдовна вскоре умирает) тайно учит их немецкой грамоте по оставленному у него молитвеннику. Вскоре умирает и Людвиг, так и не увидев солнечного света в отведенном ему подземелье.

Елизавета, восходя на престол, поклялась «не казнить смертию» ни одного человека, если ее переворот окончится удачно, и клятву сдержала. Екатерина, восходя на престол, перешагнула и через труп мужа, и через требования морали, даже элементарных внешних приличий.

При ней погибает Иван VI, и до сих пор неизвестно — не стояла ли за его гибелью сама Екатерина.

Новая царица рада избавиться от членов Брауншвейгской династии, и она принимает предложение датской королевы Юлианы, родственницы Анны Леопольдовны: отпустить этих несчастных в Данию. Отпускают, правда, заставив отречься от русского престола и взяв с датской королевы клятву — эти люди не будут проживать ни в Копенгагене, ни вообще в больших городах, а их общение с датским дворянством будет как можно сильнее сокращено…

Не маленькой Дании тягаться с могучей Российской империей; условия Екатерины принимаются, братья и сестры несчастного императора, давно уже взрослые люди, получают разрешение выехать в Данию. И вот тут-то оказывается, что разговаривать с окружающими они не могут! Не только датского языка, но и немецкого они не знают — этому языку их было запрещено учить. Говорить по-русски, через переводчика? Но и русские переводчики НЕ ПОНИМАЮТ детей несчастной Анны Леопольдовны.

Сами-то эти бедняги искренне убеждены, что разговаривают по-русски, но учили-то их языку солдаты и унтер-офицеры, набранные из архангельских деревень и мелких городков. Эти люди общались на наречии, которое принято считать диалектом русского языка… И этот диалект так отличается от литературного русского языка, что общаться между собой люди, владеющие этим «диалектом» и русским языком, не способны…

Напомню, что русский человек вполне может разговаривать с украинцем или сербом, который ни слова не знает по-русски: хотя бы общий смысл сказанного понятен. Автор лично присутствовал на докладе, который читал этнический серб на сербском языке, а слушали его русские ученые… Было вполне понятно практически все сказанное, и после доклада завязалась оживленная дискуссия на двух языках. Значит, в XVIII веке два «диалекта» русского языка различались между собой значительно больше, чем в наше время различаются русский и сербский языки.

Пока что мы говорили только о самом простом владении языком: о возможности на нем говорить, и только. Научиться говорить на русском языке XVII века так, чтобы не вызывать насмешки, будет непросто. Уж конечно, никакие шпионские штучки с попыткой выдать себя за русского никак не пройдут — с первой фразы все поймут, что вы иноземец.

Два языка, и оба русские

С начала XVIII века язык русских европейцев начал отличаться от языка туземцев. К концу XVIII столетия он вобрал в себя множество заимствований из немецкого, латыни, французского, голландского, английского. Не будем о грустном: о дворянах, которые буквально разучились говорить на родном русском языке, для которых французский стал привычнее и роднее.

Но даже не обсуждая таких крайностей, заметим: русский человек говорит, используя слова, которых не было в языке московитов… и нет в языке русских туземцев XIX века. Бутерброд, горизонт, бифштекс, циркуль, патруль, офицер, фамилия, медицина, шофер, бензин, одеколон… В общем, такие слова перечислять можно долго, очень долго. В нашем языке они есть, но в языке русских туземцев их не было.

А в языке туземцев были слова, пришедшие из Византийской империи, из церковнославянского, и почти забытые в русской европейской среде.

К середине — концу XVIII века русский народ явственно разделяется на два… ну, если и не на два народа в подлинном смысле, то по крайней мере на два, как говорят ученые, субэтноса. У каждого из них есть все, что полагается иметь самому настоящему народу — собственные обычаи, традиции, порядки, суеверия, даже свой язык… Ну, скажем так, своя особая форма русского языка.

Каждой из этих двух форм русского языка можно овладеть в разной степени. Барышня-крестьянка, Лиза Муромцева, достаточно хорошо владеет «народной» формой русского языка — по крайней мере достаточно хорошо, чтобы Алексей Берестьев действительно принял ее за крестьянку [63. С. 89–95].

Самого Алексея она уличала: «Баешь не по-нашему».

Алексей действительно «бает» совсем не по-крестьянски. Простонародное слово «баять» никак не может произнести дворянка! Парень убежден на сто пудов…

…Но будь на его месте крестьянский парень, он легко разоблачил бы Лизу. Ведь сойти за «настоящего англичанина» в России и в самой Англии — как говорят в Одессе, «две большие разницы».

Ведь русские туземцы не только употребляют другие слова… Они произносят совсем другие звуки! Вряд ли Лиза могла говорить на крестьянском языке без акцента.

Она говорит и ведет себя, как иностранка. Ведь для нее все обороты речи, употребляемые в обличье Акулины, — это не «настоящий» русский язык, использование его — только девичья игра, увлекательная, пряно-рискованная. Девушка прекрасно знает, что «на самом деле» по-русски говорят совсем не так.

И дело ведь не только в языке. Другие привычки, другие движения тела, языка и души. Другая память, в том числе память о детстве.

По крайней мере народовольцев, «идущих в народ», крестьяне разоблачали сразу же, и разоблачали именно так, как ловят незадачливых шпионов: по неправильному ношению одежды, по бытовым привычкам, по незнанию характерных деталей. И конечно же, по языку.

У Николая Семеновича Лескова описана его собственная бабушка, которая свободно произносила такие сложные слова, как «во благовремении» или «Навуходоносор», но не была в силах произнести «офицер» иначе, чем «охвицер», и «тетрадь» иначе, нежели «китрадь». То есть, называя вещи своими именами, эта туземная бабушка цивилизованного Н. С. Лескова говорила по-русски с акцентом. Сама она была русская? Несомненно! Но ведь и образованный человек, пытаясь говорить на «народном» языке, тоже говорит с акцентом. Он, выходит, тоже иноземец?

Даже в начале XX века в двух русских языках сохранялся разный звуковой строй. Сохранилась история уже 1922 года: колчаковский офицер под Красноярском отстал от своих, заболел тифом. Выздоровев, он бежит в Китай, в Русскую Маньчжурию. Переодевается крестьянином, отпускает бороду и от работы к работе идет на восток. После долгих странствий доходит он до Амура и видит на реке рыбаков….

— Добрые люди, перевезите меня!

— Садись, барин.

— Что вы! Что вы! — пугается несчастный. — Я такой же крестьянин, как и вы!

— Не лги нам, барин, — смеются мужики, — ты говоришь не по-нашему.

— Я говорю те же самые слова…

— Говоришь те же, а выговариваешь иначе… То есть у барина — акцент, и крестьяне прекрасно улавливают этот акцент.

_________________
Когда не знаешь, что искать, то находишь жареные парадоксы.

  Профиль  
  
    
#17  Сообщение 16.11.14, 20:18  
Участник
Аватара пользователя

Регистрация: 27.08.2014
Сообщения: 1053
Откуда: Крым
Благодарил (а): 12 раз.
Поблагодарили: 13 раз.
Россия
Купил Братьев Карамазовых.

  Профиль  
  
    
#18  Сообщение 16.11.14, 20:43  
Завсегдатай
Аватара пользователя

Регистрация: 23.08.2014
Сообщения: 2876
Благодарил (а): 1 раз.
Поблагодарили: 4 раз.
Правда, обожествляемый царь должен еще быть «настоящим» ― то есть ложиться в матрицу народных представлений о царе. «Истинный» царь ― это почти что истинный бог! Настоящий царь и ведет себя соответственно, и даже внешне отличим ― на его теле должны быть особые «царские знаки». Что это за такие особенные знаки, никто толком не мог объяснить, но все русские туземцы «точно знали» ― знаки быть обязательно должны! В результате Емельян Пугачев легко показывал на себе такие «знаки» ― следы прошедшей по его груди картечи.

Если царь не соответствует народным представлениям ― значит, он не настоящий царь! Настоящий ― это тот, кто как раз соответствует. Ненастоящего ― свергнуть! И посадить на престол настоящего…

В этом смысле очень характерно самозванчество. Ни какой «классовой борьбой» невозможно объяснить появление более сорока одних «Петров третьих», а потом больше десятка «Павлов первых». Не объяснишь и «дикостью народа»: в Европе XVII―XVIII веков народ был чудовищно необразован, но «людовики» и «карлы» не бродили по Франции толпами. Это в Казани как-то солдаты побились об заклад, сколько «императоров» одновременно сидит в городской тюрьме: шестнадцать или восемнадцать. Пересчитали ― семнадцать!

Но самозванчество очень легко объяснить этой народной установкой на «настоящего» царя. Для русских туземцев совершенно не важно было то, что значимо для европейцев ― например, внешность и поведение как настоящего царя, так и самозваного «царя». Самозванец вел себя «как надо» и тем самым становился как бы «настоящим», «правильным» царем.

Самозванцами были не только беглый казак Емелька Пугачев, но и приближенные «Петра III» — Пугачева. Есаулы и подхорунжие лихо присваивали себе титулы и чины высшей российской аристократии, называли себя «государевыми анаралами» (генералами) и «графьями», причем присваивали не только титулы, но и конкретные дворянские фамилии. Произносили их одним словом, слепливая титул и фамилию, но «анарал Князьчернышов» или «анарал Гра форлов» вовсе не понимали, что эти имена звучат комично. Для них тут не было ничего смешного или нелепого.

Ведь подлинный князь Чернышов вел себя «не как по добает» ― то есть как и царь, оказался «ненастоящий». Так долой того, питерского Чернышева, и многие лета, «настоящему»! Который ведет себя как надо… А уж «княжеские знаки»«при желании можно отыскать на любом месте…

Настоящий царь в представлениях московитов был не только живым богом, но и народным вождем. Справедливым верховным арбитром, воплощением народных представлений о разуме и порядке.

С царем можно (и должно) было спорить, убеждать его в чем-то, договариваться. В тяжелую годину царь обращается к народу и вместе с ним обсуждает общие дела. Если народу плохо и голодно ― народ идет к царю, и тот обязательно поможет. Главное ― чтобы царь был «настоящий».

Самое удивительное ― в московское время такие цари и правда были! Алексей Михайлович, второй царь династии Романовых, не раз обсуждал с народом государственные дела. Когда почти все поместное войско погибло под Конотопом (в 1656 году), царь вышел на улицы Москвы, плакал и причитал вместе с людьми, слушал их советы, как лучше организовать оборону… Не уверен, что все это ― чистой воды лицемерие.

1 июня 1648 года царь возвращался из Троице-Сергиевого монастыря в Москву, когда толпа людей перегородила ему дорогу. Люди потребовали, чтобы царь их выслушал, оттеснили свиту и даже схватили за повод его лошадь. Люди рассказывали, что «сильные людишки» «затесняют и изобижают многими обидами» «черный люд».

Назывались имена главных «врагов народа» ― Морозова, Траханиотова, Плещеева, дьяка Чистова, придумавшего ввести на соль пошлину, его тестя Шорина, который якобы повышал цены на соль, князей Львова и Одоевцева, как главных захватчиков пригородной земли, и так далее.

Тут «выяснилось», что царь вообще ни о каких народных бедах знать не знает и завтра же начнет разбираться во всем. Народ стал кланяться, благодарить царя, возглашать ему здравицу и «многая лета»…

Во время восстания 1662 года, знаменитого «медного бунта», когда огромная толпа бунтовщиков приближалась к Коломенскому, царь спрятал тестя, Милославского, в покоях царицы, а сам вышел к толпе и одновременно послал за стрельцами. «Те люди говорили царю и держали его за платье, за пуговицы: «Чему де верить?», и царь обещался им Богом и дал им на своем слове руку, и один человек и с тех людей с царем бил по рукам, и пошли к Москве все».

Память о ТАКИХ царях московиты донесли до XX века. О царях, которые, с одной стороны, ― живые боги, а с другой ― воплощение народной справедливости, правды для всех и для каждого.

Почти забытые эксцессы времен правления Николая II ― давильня на Ходынском поле и Кровавое воскресенье 1905 года, с которого и началась Революция 1905―1907 годов.

Ходынка ― это обширный пустырь, на котором проводились учения Московского гарнизона. Весь изборожденный брустверами, траншеями, рвами, ямами, колодцами, он представлял собой настоящую ловушку. Власти решили именно там организовать встречу Николая II с народом и даже заготовили 400 тысяч «царских подарков» ― кульков с сайкой, куском колбасы, пряником, леденцами и орехами.

В ночь на 18 мая 1896 года на Ходынке собралось то ли 500 тысяч человек, то ли даже больше миллиона. Вряд ли эти люди шли за грошовым «царским подарком». Эти последние московиты шли к своему царю: выразить верноподданнические чувства, приобщиться к своей живой иконе.

Люди стояли всю ночь, чтобы быть первыми, а все прибывали новые и новые толпы. Уже в 5 часов в страшной давке появились ослабевшие, потерявшие сознание, задавленные до смерти. К исходу шестого часа утра началось движение в разных концах поля, часть людей оказалась сброшена в ямы. По ним шли другие. «Колодцы превращались в могилы; оттуда раздавались вопли полуживых, перемешавшихся с мертвыми… живые волны … перекатывались, раздавливая тех, кто нечаянно попал в яму, кто ослабел, изнемог и падал. Трупы, словно жертвы кораблекрушения, всплывали то там, то здесь, на поверхности этого моря искаженных лиц, бессильно всплескивающих рук, сжатых кулаков, среди стонов, проклятий и криков умирающих» [97. С. 76].

Известный богач Савва Морозов был сброшен в яму и орал оттуда, предлагал тому, кто его вытащит, 18 тысяч рублей. Почему именно 18? История умалчивает. Но вот что именно на Ходынском поле он навсегда излечился от монархизма ― это факт.

По официальным данным, погибло 1389 человек. Печать называла другие цифры ― 4 тысячи и 4 800 погибших. Цифра примерные ― ведь точно никто не считал.

Ожидали, что царь отменит празднования, удалится из города, велит расследовать причины катастрофы… Несомненно, так и поступил бы любой из царей Московии, а уж тем более ― Алексей Михайлович. Но ничего этого не сделал Николай II (и последний).

«Толпа, ночевавшая на Ходынском поле в ожидании обеда и кружки, наперла на постройки, и тут произошла давка, причем, ужасно прибавить, потоптано около тысячи трехсот человек… Отвратительное впечатление осталось от этого известия», ― записал в свой дневник Николай.

Ему приписывали порой какие-то невероятные душевные страдания… Но вечером того же 18 мая он был на балу у французского посла Монтебелло, где танцевало 7 тысяч гостей. Не отменил торжеств, не отказался лично принять участие.

Великому князю Сергею Александровичу даже была объявлена благодарность «за образцовую подготовку и проведение торжеств».

Коронационные торжества 1896 года обошлись в 100 миллионов рублей. Семьям погибших ассигновали 90 тысяч рублей, из которых московская городская управа взяла себе 12 тысяч ― расходы на похороны погибших.

Не Алексей…

Еще более невероятная картина расстрела рабочих 9 января 1905 года. В это воскресенье больше 140 тысяч человек пошли к Зимнему дворцу. Шли вместе с женами и детьми, весело, с пением песен, с иконами и монархическими черно-красно-золотыми флагами. В первые же часы шествия сделано много фотографий…

И хоть убейте, я не могу себе представить ничего более страшного, чем эти фотографии. Не потому, что на них изображено что-то чудовищное… Как раз наоборот ― потому, что, сделанные утром, они передают редкое ощущение мира, добра и покоя.

Вот девушки в белых блузках (полушубки расстегнуты ― тепло) несут огромную икону, поют. Хорошие русские лица, торжественные и ясные. Вот красивый, благообразный старик обнял за плечи двух подростков, явно внуков, что-то показывает им. Мальчики смотрят и смеются.

Фотографии страшны, ужас накатывает при мысли, что вот сейчас в этих людей начнут стрелять… За что?! Получается ― за то, что они пошли к своему царю! Пошли так же, как москвичи в 1648, в 1656 годах… ― обсудить общие дела, понять друг друга, поспорить, ударить рука об руку…

Эти последние московиты идут к царю по своему на родному обычаю, ― в точности так шли их предки в 1648, 1656, 1662-м… И царь принимал их, беседовал, бил рука об руку.

Но теперь-то не XVII век, эти заблудившиеся во тьме веков московиты идут не к «правильному», не к «настоящему» царю. Они идут к русским европейцам, для которых они ― вовсе не сородичи, не «свой добрый народ», а взбунтовавшееся быдло. Сейчас они в этом убедятся.

И тогда, и в наши дни иные монархисты пытаются представить дело так, словно страшные события произошли против воли царя и его окружения, чуть ли не случайно. Но это неправда.

Заранее были подтянуты войска из Пскова, Ревеля, Нарвы, Петергофа, Царского Села. К 9 января в Петербурге находилось больше 40 тысяч солдат ― в пять раз больше обычного. Войска не стягиваются «случайно».

Первый раз в толпу стреляют еще у Нарвских ворот, в 12 часов дня. Солдаты отстрелялись и ушли в полном порядке, на новые позиции. Как по врагу, по всем правилам воинской науки. Был план, было командование ― не случайное, а вполне рациональное. И не было солдатика, который крикнул бы: «Ваше благородие, свои!»

В 2 часа дня огонь открыт на Дворцовой площади: залпы по плотной толпе. Специально расстреливают мальчишек, забравшихся на деревья Александровского сада, чтоб лучше видеть. Тоже по правилам воинской науки ― снять засевших на деревьях разведчиков. Все логично, никакой случайности. Мертвые дети падают на мостовую, в подтопленный от их крови снег, висят на ветвях. Фотографии сохранились, есть показания очевидцев ― я ничего не придумал.

Толпа бежит. Площадь пред дворцом русских царей завалена трупами. Опять же ― ничего особенно ужасного, за XX век всякого навидались: ну, мертвые люди лежат. Страшно вспоминать фотографии, сделанные час или два назад, соотносить их с этими трупами. Белые блузки пробиты пулями, сивая борода старика залита кровью; наверное, он и мертвым обнимал убитых внуков. Как жертвы Пугачева «сползались», чтобы умереть вместе.

А за бегущими гонятся. Конные жандармы рубят саблями детишек и женщин, топчут конями, добивают упавших. Случайно? Или без приказа?

Как видно, не один царь, не кучка приближенных хочет смерти этих людей, ― если и был приказ, он выполняется истово, с чувством полной своей правоты. Как под Бородином и Смоленском.

В дневнике вечером царь напишет: «В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных частях города; много убитых и раненых».

А уже через несколько строк: «Мама приехала к нам из города прямо к обедне. Завтракал со всеми». И назавтра: «Завтракал дядя Алексей. Принял депутацию уральских казаков, приехавших с икрой».

Казаков с икрой царь принял. Приятного аппетита, Ваше Величество. А расстрелянных рабочих он… простил. Через 10 дней царь лично принял «депутацию» из 34 отобранных полицией рабочих и говорит: мол, заявлять о своих нуждах мятежной толпой преступно. «Я верю, ― говорит царь, ― в честные чувства рабочих людей и непоколебимую преданность мне, а потому прощаю им вину их» [98. С. 147]. Прослезились ли рабочие от умиления, история умалчивает. Простили ли они царя ― тоже осталось неведомо.

По поводу 9 января Савва Морозов высказался очень просто: мол, «эти идиоты» сделали для пропаганды революции больше, чем все народовольцы, вместе взятые.

Мы же добавим: московитам окончательно показали, что этот царь ― не «настоящий». Вряд ли этим их отучили искать «правильного» царя… Они и искали его, пока не нашли наконец в Сталине.

_________________
Когда не знаешь, что искать, то находишь жареные парадоксы.

  Профиль  
  
    
#19  Сообщение 18.07.15, 21:57  
Участник

Регистрация: 18.08.2014
Сообщения: 1498
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
кста, если хто интересуется НФ
Переслегин толкал речь о своем, но среди прочего отметил шо SF на западе снова идет в рост и вытесняет F, называл вполне известные фамилие "новой волны" Нил Стивенсон, Симмонс, Виндж и кого то ищо неизвестного мне.
Олди отметились с интригующей серией книг с местом действия в будущем.
c 10го года у них уже третий трехтомник выходит с сюжетами "Ойкумены"
не чистая НФ,... но Олди и очень хитрые сюжеты в космосе

нашел еще "Роза и червь"
автор не гигант, но это настоящая тру НФ с интересным сюжетом. Книга начинается с того что после межзвездной атаки гибнет Земля. А люди еще так далеко не летают...
жаль в самиздате вышла только 1 часть
второй может и не быть вообще.

а Дивов пишет фантастический сериал о женщине детективе... и у него не очень получается... хотя мастерство не пропьешь...

  Профиль  
  
    
#20  Сообщение 19.07.15, 10:53  
Завсегдатай
Аватара пользователя

Регистрация: 23.08.2014
Сообщения: 2876
Благодарил (а): 1 раз.
Поблагодарили: 4 раз.
Винджа читал. Про ретрансляторы. Похоже на Фору, но срача нету. И бобров. Хорошее место.

_________________
Когда не знаешь, что искать, то находишь жареные парадоксы.

  Профиль  
  
    
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 33 ]  Стрaница 1, 2  След.





Рейтинг@Mail.ru яндекс.ћетрика

[ Time : 0.426s | 17 Queries | GZIP : On ]